• 0

  • 65

Касильяс: «Я пережил больше тяжелых моментов со сборной, чем хороших» (I)

15 ноября 2011, 5:52

Икер Касильяс (Мостолес, 1981)  с Коста-Рикой провел свой 127 матч за сборную Испании, что позволило ему обойти Андони Субисарету по этому показателю и стать рекордсменом сборной Испании. Много воды утекло со времен его дебюта, 3 июня 2000 года. За это время Испания стала Чемпионом Европы и Мира. Икер встретился с журналистами Marca, чтобы поговорить о своей международной карьере. Вспомнить радость и горе. Хорошее и плохое. Икер и сборная вместе уже 11 лет — и это крепкий, плодотворный брак. Сегодняшний день для него будет особенным.

Ты понимаешь, что ты уже часть музея сборной Испании?

Да как и всё наше поколение. Нам улыбнулась удача добиться того, чего многие игроки большого таланта никогда не добились. Мои товарищи тоже заслуживают права насладиться этим моментом. Все те, кто хотя бы раз надел футболку сборной, тоже являются частью истории, кроме того, есть много людей в сборной, которые стоят за нами и работа их остальным не видна.

Рикардо Заморе посвятили новелу. Икер сможет стать героем какого-нибудь литературного произведения когда-нибудь?

Тише, тише, достаточно того, что у меня уже есть. Никаких романов…

Но ты же не станешь отрицать, что есть испанский и мировой футбол До и После Икера Касильяса: пали рекорды Суби (количество матчей за сборную), Тюрама (количество побед со сборной) и Ван Дер Сара (количество сухих матчей за сборную)…

Наверное, я все это увижу и оценю, когда закончу играть. На самом деле я больше не обращаю внимания на рекорды, потому что и так о них много говорят и пишут. Мне кажется, самый подходящий способ жить игрой — это думать исключительно о предстоящем матче и наслаждаться его приближением. Когда ты так подходишь к игре в сборной, вполне естественно, что ты добьешься рекордов. Это красиво, но я думаю, что оценю это только со временем.

Что значит для тебя преодолеть рекорд Субисареты?

Гордость. Потому что мы говорим о вратаре, который стал лицом эпохи в испанском футболе. Не каждому удается быть в сборной более одного десятилетия. Для меня это ответственность. Никто мне ничего не дарил. Я больше пережил тяжелых моментов со сборной, чем хороших. Я многое преодолел. Если я и могу чем-то гордится, — то этим тренером и тем, что нам нечего бояться за наши ворота, потому что у нас есть вратари невероятного уровня. У Испании, по крайней мере, 5 из 10 лучших вратарей в мире.

Превратности судьбы, ведь ты дебютировал за одну из юношескую сборную Испании на «Уэмбли», там, где ты сыграл 126-й матч, который сравнял тебя с Субисаретой. Что ты помнишь о том матче?

Это был потрясающий опыт. Для нас ребят 14-15 лет, которые выросли на земляных полях и привыкли играть без зрителей, играть на таком прекрасном газоне, с которым сравняться единицы, перед лицом 20,000 зрителей — событие, которое невозможно забыть.

Теодоро Ньето помнит, что должен был успокоить ребят, чтобы сфотографировать их.

Это нормально. Это же был «Уэмбли»! У нас голова кружилась ото всего: стадион, футболки, гимн, перед началом матча….

А что ты помнишь о дебютном матче за национальную, «взрослую» сборную?

Отлично помню этот день. На тренировке перед матчем Камачо сказал Жерарду и мне, что мы выйдем на поле. Нервы были на пределе. 8 месяцами ранее я перешел с Терсеры в Сегунду Б, однажды получил место в составе первой команды «Мадрида», выиграл Лигу Чемпионов в Париже и попал в заявку Евро с Йерро, Раулем, Мендьетой и Гвардиолой. Вершина испанского футбола.

Ветераны вспоминали — ты так быстро приспособился, что ты первый спускался на небольшое собрание, которое Камачо организовал перед каждым приемом пищи.

Да, правда. Жерард и я быстро нашли общий язык с ветеранами. Но поскольку я был еще юношей, я спускался вниз к Арбису (прим. — повар сборной), чтобы сьесть креветок в панировке, каракатиц, и прочих закусок.

В дебютном матче ты заработал пенальти в свои ворота, которые сейчас крайне редко зарабатываешь.

Да, правда. Из-за нервов. Я немного поспешно вышел из ворот. Но это не затмевает мои впечатления от начала моей карьеры в сборной, 3 июня 2000 года.

На тебя повлияло всё, что произошло с главной сборной в финальной стадии?

На меня повлияло всё, что было вокруг сборной. Я всегда близко следил за сборной. Я был очень разочарован после Евро-96, Чемпионата Мира во Франции в 98, уже не говоря о 94-м годе и ударе локтем в лицо Луиса Энрике.  Когда смотрел матчи сборной, я чувствовал ужасную беспомощность! Мне стоило больших усилий привыкнуть к тому, где я был и что означало быть там.

На твоем первом  Евро сначала вы пережили эйфорию, когда Альфонсо забил тот гол в ворота Югославии, а затем вас постигло разочарование после промаха Рауля с 11-ой отметки в матче против Франции…

После неожиданного поражения от Норвегии мы находились немного в ступоре. Матч против Югославии и гол Альфонсо навсегда останутся в памяти. Затем последовало разочарование после пенальти Рауля, но только великие игроки отваживаются пробивать пенальти в подобные моменты. Было очень жаль, и это стало моим первым разочарованием в составе сборной.

Проходят годы и наступает ЧМ в Корее и Японии. Каньисарес, который должен был быть первым вратарем, порезал ногу, и тогда началась легенда Икера. Божье провидение?

Многие говорят, что мне достаточно сильно повезло. Случившееся с ним было несчастьем. Раньше похожее произошло в финале ЛЧ, когда травмировался Сесар. Я помню, что я был дома и мне позвонили и сказали, что Каньисарес глубоко порезал ногу и что он не может играть на ЧМ. Я провел почти три месяца на скамейке, но Камачо, хорошо зная меня, выпустил меня в основу. Для меня это стало переломным моментом. Было трудно доказать, что я мог играть в «Реал Мадриде» и в сборной.

Ты сомневался в этом?

Да. Я приехал на ЧМ после трех месяцев простоя, и никто мне не объяснил его причины. Ты спрашиваешь себя и в глубине души ты начинаешь взрослеть. Я старался принять это решение, хотя не разделял его. Плохие моменты заставляют тебя становиться психологически сильнее.

Против Ирландии в 1/8 финала ты продемонстрировал свое мастерство в серии пенальти. Особенный дар?

Нет, я всегда говорил, что это интуиция и удача, хотя сейчас, когда есть возможность смотреть все матчи, ты можешь лучше знать манеры каждого пенальтиста. В тот день я отбил один пенальти в матче, и два — в серии, но против Кореи мне забили все пять. Я же мог отбить один! Мне не хватило чуть-чуть, чтобы остановить мяч в первом пенальти, потому что он прошел под руками. «Ладно уж, ты не отобьешь ни одного», — сказал я себе. Против Ирландии было все наоборот, я заметил, что то был мой день.

Корея, Гандур, отмененные голы… Ты помнишь, что вы чувствовали тогда?

Огромную ярость. Испания заслужила большего, а арбитр лишил нас этого. Мы можем посмотреть видео через 10, 15 или 50 лет, и не сможем объяснить причины тех решений. На том ЧМ арбитры благоволили корейцам. Грабеж Гандура был значительным. Тем не менее, тогда я тоже приобрел опыт.

О чем говорили в раздевалке?

Представь, о чем только не говорили! Было много всего. Мы чувствовали себя обманутыми. Мы хотели говорить со всеми представителями ФИФА, которые были там. Хорошо, что это видел весь мир и даже руководство поняло, что нельзя допускать подобного на Чемпионатах Мира.

Но неудачи на этом не закончили преследовать вас. Далее Чемпионат Европы в Португалии, который нанес сборной много вреда.

Верно. Там мы не были собой, мы играли плохо. Но я не хочу метать копья в Иньяки Саэса. Он сделал ставку на юношей, на тех, кого знал в молодежке. Это был тяжелый шаг, и он включал в себя неудачу, но как показало время, он был переломным, он принес пользу. На том Евро потерпеть поражение для нас было ужасным разочарованием, очень большим.

И тут появляется Луис Арагонес.

Для меня сборная делится на два периода — до Луиса Арагонеса и после. Он мне очень помог, хотя сначала нам тяжело давались какие-то вещи. Он человек ясных идей и очень прямолинеен. Когда он прекратил вызывать Рауля в сборную, в тот тяжелый и затянувшийся момент, он позвонил мне и сказал, что я достаточно долго был в тени Рауля, что я буду капитаном.

То, что ты стал капитаном изменило всё?

Я не стал бы говорить только о собственной заслуге. С помощью Хави и Пуйоля, которые приложили не мало усилий, думаю, все мы смогли сосуществовать вместе и что-то преодолеть. В этом безусловная заслуга моих товарищей. Мы выросли вместе и с такими игроками, как Торрес или Хаби, сыграли почти 100 матчей. Здесь не было никакой диктатуры. Мы были друзьями и старались передать дух товарищества остальным. Быть капитаном этой сборной привилегия.

Источник: Marca.com
Продолжение следует…

Scroll Up

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: