• 0

  • 349

Копа: «Во Франции говорят, что сейчас Месси играет, как я в свое время»

22 марта 2011, 0:33

Он был в Мадриде на прошедшем матче «Мадрид» — «Лион». У Раймона Копа (Франция, 1931) по-прежнему загораются глаза, когда речь заходит о его «Реале», Пушкаше, Ди Стефано…

— Как ваша жизнь?

  • Не жалуюсь, но сейчас меня беспокоит колено, которое очень давно было прооперировано, но иногда из-за него я не могу ходить. Чтобы приехать в Мадрид, мне сделали инфильтрацию. Если бы не сделали, то сейчас я бы ходил так (поднимается и изображает хромоту). Конечно, мой большой друг, Ди Стефано, ходит так (сгибается и показывает проблемы «Стрелы»). За исключением этого, на что еще можно жаловаться? (смеется).

    — Как закалился ваш характер, когда уже в 14 лет вы работали на шахте?

  • Мои родители эмигрировали из Польши во Францию. Я считаю, что работа — это нормальное явление. Мой отец работал всю жизнь, и он умер в 56 лет. На шахте я работал 4 года, и это сделало меня сильнее и физически, и психологически. Отец доверял мне загружать уголь и толкать вагоны. Это также укрепило мои ноги. Я даже из-за своей работы потерял палец!

— Как это произошло?

  • На меня упал большой камень (вытягивает левую руку и показывает, что у него отсутствует указательный палец). До сих пор чувствую ту сильную боль, когда вспоминаю о ней. Для меня футбол тоже стал спасением.

— Кто вас пригласил в «Стад Реймс»?

  • Баттё, тренер команды. Он был самым важным человеком в начале моей карьеры. До перехода в «Реймс» я принял участие в конкурсе молодых игроков во Франции (он говорит о 1949). Я победил в северной зоне, но в большом финале я занял второе место. А знаете почему? Из-за невысокого роста! Ведь в футбол играют ногами… Я надеялся, что меня приобретет один из грандов, и я был крайне разочарован, когда единственная команда, которая сделала мне предложение, была «Анжер» из второго дивизиона.

— Почему Баттё был так важен для вас?

  • Он взял меня в свою команду и разрешил мне играть, как именно мне хотелось, благодаря чему я сейчас известен больше как «10». Я не был большим любителем схем, я был просто футболистом, у которого был класс. Я стал таким, каким вы меня знаете из-за своего инстинкта (смеется). Он дал мне свободу, благодаря которой я раскрылся и заблистал во всей красе, хотя моим настоящим амплуа всегда был фланговый полузащитник.

— Какие футболисты того «Стад Реймса» имели высочайший класс?

  • Почти вся команда играла в сборной Франции. Пьянтони, Винсен, Фонтэн. И оборона тоже была монолитной. «Реймс» был второй лучшей командой Европы после «Мадрида».

— И тем не менее, вы проиграли Кубок Европы 1956 года именно «бланкос» (4-3).

  • Все же в том финале за 20 минут до завершения матча мы выигрывали 3-2. В тот момент мне повезло перейти в «Мадрид», потому что та победа позволила «Реалу» принять участие в следующем розыгрыше Кубка Европы несмотря на то, что он не выиграл чемпионат. Поэтому я являюсь единственным французом, который обладает тремя Кубками Европы (смеется).

— Вы подписали контракт до или после того финала?

  • До матча, многие до сих пор не знают. Но я отдал все свои силы, потому что я защищал цвета моей команды. Например, я сделал голевую передачу во время нашего второго гола, который головой забил Темплин. Нет сомнений, я выложился полностью и, конечно, не получал никаких денег от «Мадрида».

— Игроки «Мадрида» и «Реймса» уже знали о вашем переходе, когда начался финал?

  • В «Мадриде», предполагаю, некоторые знали. В «Реймсе» знал только тренер. «Мадрид» заплатил бы много миллионов франков, чтобы купить троих игроков сборной Франции: Фонтэна, Пьянтони и Винсена. Ни много ни мало, нападение Франции, которое помогло «Реймсу» еще раз попасть в финал Кубка Европы против «Мадрида» в 1959 (2-0). После того финала я вернулся в «Стад Реймс».

— Кто из «Мадрида» связался с вами, чтобы осуществить ваш трансфер?

  • Я точно не помню. Также у меня была возможность перейти в «Милан». Но для меня «Мадрид» был лучшей командой мира. Кроме того, через 3 года контракта я становился свободным агентом. Я мог уйти бесплатно в любую команду. «Милан», наоборот, требовал трансфер, который позволяет игроку уйти, и это существенно ограничивало бы меня.

— Правда, что Ди Стефано встретил вас достаточно холодно?

  • Немного, но для меня было большой честью играть с ним. Первые 2-3 месяца во время матчей я очень мало видел мяч (смеется). Все загружали левый фланг Хенто. Я не думаю, что это было намеренно, они привыкли так играть. И, конечно, я тогда думал: «Что я здесь делаю?»

— И как разрешилась эта проблема?

  • Публика помогла мне. Когда они видели, как я играл, они кричали: «Копите, дайте мяч Копите!» Да, болельщики обычно скандировали мое имя.

— И вы не соперничали с Ди Стефано, по крайней мере, в борьбе за «Золотые Мячи»?

  • Никогда не было соперничества. Один становился первым, другой — вторым, еще один наш товарищ — третьим. Какая разница!

— Ваша жена тоже одобрила идею переехать в Испанию…

  • Изумительная идея: солнце Мадрида, лучшая команда мира.

— Где вы решили жить?

  • На Ла Кастельяне. Относительно недалеко от стадиона. Кто-то из клуба посоветовал мне какое-то жилище в другом месте, но за дом платил Копа, разве нет?

— Как складывалась ваша жизнь в Мадриде? Вы часто выходили в свет?

  • Дон Бернабеу по-особенному относился к нашей жизни вне клуба. Футболист должен был жениться как можно скорее, чтобы быть дома и вести тихую семейную жизнь. И мы уважали его требование.

— Он говорил вам это лично?

  • Это также говорит сам Копа.

— Он был очень строгим?

  • За три года на своем стадионе мы проиграли только один матч в рамках Ла Лиги — «Атлетико» Мадриду. Бернабеу пришел к нам в раздевалку после матча и хотел убить нас. Он был и серьезным человеком, и добрым одновременно. Он очень любил меня. Однажды он пришел ко мне и сказал: «Копа, завтра мы, Альдредо, ты и я, сфотографируемся вместе.» Я запомнил тот момент на всю жизнь. Это было большой честью для меня.

— Ди Стефано и Копа — стандарты непобедимой команды.

  • По крайней мере, мы не имели право проигрывать. На стадион приходили 120 тысяч человек, и мы покидали поле, проходя через длинный коридор из сотен болельщиков. Сплошное сумасшествие! Игроки могли покупать по 100 билетов на матч Кубка Европы. Я продавал их автомойщику, и он затем перепродавал. Моя машина была самой чистой во всем Мадриде! В тот день, когда я уходил, он плакал.

— В качестве футболиста как бы вы определили себя?

  • Моим главным качеством был дриблинг, но я играл и на позиции конструктора игры, всегда, чтобы сделать пас на партнера и почти не бить по воротам. Во Франции многие журналисты говорят, что Месси играет сейчас, как я — раньше.

— Да?

  • С той лишь разницей, что я раздавал пасы. Еще сегодня Сантамария сказал мне, что, когда «Мадрид» испытывал трудности, они отдавали мяч мне, чтобы я его подержал.

— Но шефом всего был Дон Альфредо.

  • Конечно! Все зависело от него. Я помню, что он много курил и что однажды внезапно он бросил из-за нашего давления. И любопытно, что после этого он перестал так хорошо играть! Когда он снова начал курить, все мы были согласны.

— Почему вы не остались в «Мадриде» и не продолжили играть здесь?

  • Они хотели предложить мне 5-летний контракт. Но во Франции было 5 фабрикантов, которые предложили мне создание линии спортивной экипировки с моим именем, и это стало для меня хорошей финансовой поддержкой.

— Кто был лучше, Зидан, Плантини или вы?

  • Как играл Зидан и Платини, я не мог играть, но они также не могли играть, как Копа. У каждого была своя эпоха.

— Кто был лучшим в истории?

  • Уфф. Их много. Пеле был великим, но я предпочитаю Альфредо и Пушкаша, который также был экстраординарным игроком. У него была только одна рабочая нога, левая, но благодаря ей он заставлял дрожать вратарей. Его удар имел точность и силу. Он был моим кумиром: еще играя в «Реймсе», мы праздновали титул чемпиона, и затем мы все поехали смотреть матч Англия-Венгрия на «Уэмбли» в 1953 году.

— Каким он был человеком?

  • Я помню, как в его доме всегда было полно эмигрантов из Венгрии, и он заботился о них. Он давал им приют, еду, деньги.

— Вы сами видели это?

  • Да, конечно. Он был человеком с исключительным сердцем.

— Скажите мне, какой матч был лучшим в исполнении Копа?

  • В составе сборной Франции в матче против Испании на «Бернабеу» в 1955 году (2-1). Я забил гол. Это было за месяц до перехода в «Мадрид», и английский журналист назвал меня футбольным Наполеоном. И с того момента меня так и называли.

— Еще вам пришлось ждать три года, чтобы провести свой лучший сезон 1957/58.

  • Это был лучший сезон в моей карьере! Чемпион Испании, Европы, третье место на Чемпионате Мира и признанный лучшим игроком этого турнира. И затем я завоевал «Золотой Мяч». На протяжении всего чемпионата я играл бок о бок с Фонтэном, и мы понимали друг друга с закрытыми глазами. Он забил 13 голов. Кто может сделать подобное сейчас? Также на том Кубке Мира блистал молодой Пеле, парень, которого мы считали очень атлетичным. Он забил нам три гола в полуфинале и выбил нас из турнира. На 20-й минуте матча мы остались вдесятером из-за травмы. Бернабеу был там, и когда он приехал в Испанию, он сказал журналистам: «Я вернулся с лучшим игроком мира!»

— Что вы сказали бы ему сейчас?

  • Я бы поблагодарил его за то, что он помог мне исполнить мечту.

Источник: AS.com

Scroll Up

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: