BARRA BRAVA
Давид Хистау

Если мы обратимся к майевтике [прим. — метод поиска, познания и исследования истины, состоящий в свободном обсуждении проблемы с помощью наводящих вопросов], то получается, что спортивная журналистика и часть наиболее консервативных трибун «Чамартина» поддерживают сократическое отношение с Моуринью.

Иначе говоря, до чего может довести манера думать, что «Реал Мадрид» всегда настроен против тренера, посредством постоянных дискуссий, которые охватывают все основы клуба, начиная с клубного благородства до кантеры, подсчитывая количество оборонительных полузащитников или португальцев в основном составе, и сколько местная знать может еще выдержать, не почувствовав себя низкой и грубой.

Эта внутренняя поляризация должна быть устранена как можно быстрее благодаря напряжению великих европейских матчей, поскольку мадридистов, как римлян в период конца республики, нельзя оставлять без внешних врагов, потому что они начнут убивать друг друга. Тем не менее, невозможно отрицать, что в таком неподвижном и в некоторой степени ностальгическом спортивном институте, как «Реал Мадрид», который словно вышел из «Букета роз» (четвёртый эпизод пятого сезона «Симпсонов».), из тетради с клеенчатым переплетом самого Сантьяго Бернабеу, Моуринью со своим крутым нравом будет агентом-провокатором практически революционного процесса тотального пересмотра. И все это в то время, как второй в истории клуба харизматический и самый скандальный президент остался на втором плане, чьи функции сократились до символических, представительных, но едва ли исполнительных, как у главы государства парламентской монархии, похожей на испанскую. Найдутся те, кто предпочтет сравнить его с несчастной монархией Альфонсо XIII во времена диктатуры Примо де Ривера, так как в «Чисту» (знаменитый мадридский ресторан, расположенный недалеко от «Сантьяго Бернабеу») много тех, кто проводят эти аналогии, поскольку наскучивает каждый день выражать свое недовольство схемой с двумя опорниками.

В последние несколько недель Моуринью заставил думать нас о кантере, поэтому поговорим о ней. Моуринью не является тренером, который может долго и кропотливо работать с молодежью , отчего он никогда не станет тренером кантеры. Он кажется больше импровизатором, чем, как мистер Лобо, исправляет в кратчайшие сроки трагические судьбы и неумолимое упадочничество. Он решает проблемы. Он побеждает. Для всего этого, как точно заметил всегда ясно мыслящий Орфео Суарес, логично полагаться на нужных ему готовых игроков, которые незамедлительно дадут результат, за исключением неудачных трансферов (поскольку не существует ни одной команды, у которой есть иммунитет на трансферные провалы), а не на будущих игроков, чье взросление требует терпения (как терпение моего сына с картошкой в стакане воды), требующего каждое рутинное утро узнавать, превращаемся ли мы в иностранный клуб или во что-то другое. Вопрос был бы уместнее, если бы эта форма работы сталкивалась бы с какой-либо непререкаемой традицией «Мадрида».

Но надо учесть, что два элемента влияют на внезапно приобретенную важность работы кантеры на «Чамартине»: страстное стремление соперничества с моделью «Барсы», которая продолжает оставаться стокгольмским синдромом «Мадрида», и престиж, завоеванный испанским футболом на волне успехов сборной (раньше предпочитали даже любого балканца, чем испанца). Но эти неожиданно появившиеся аргументы не меняют один исторический факт: Бернабеу, упоминаемый всеми сторонами как абсолютное алиби, выстроил не только великий стадион, но и модель мегаклуба-покупателя. Или Пушкаш, Копа, Ди Стефано и Хенто были вскормлены в «Кастельяне»? Начиная с них и завершая Зиданом, удивляет количество символов истинного мадридизма, включая испанского происхождения, которые не являются выходцами кантеры, а были приобретены из других клубов: Амансио, Йерро, Маседа, Сантильяна, Хуанито, Гордильо… (пишу не поднимая глаза, так что простите, если есть где-то ошибка). Кантера подарила таких людей, как Камачо и «Пятерка Буитре», которые не выигрывали Кубок Европы, и, особенно, Рауля, Касильяса и Гути, которые, да, выиграли (я не могу вспомнить звезд кантеры до 60-х гг., поэтому вы сами поправьте список).

Но их системообразующее значение в команде почти исключительное, потому что кантера особенно подарила средний класс, который в команде исполнял роль сопровождения звезд мирового уровня, и где теперь Моралесы и Портильо, которые, Бог знает, куда пропали после 5 минут славы. Историческая константа «Реал Мадрида» — это не кантера, а тот факт, что он всегда был командой, которая полагалась на лучшее, там, где оно появлялось. Это да, он мог объединить их, привить им единые принципы и окончательно воспитать в них чувство идентичности команды.

Источник: El Mundo

Scroll Up

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: