Жозе Моуринью нацепил охотничью куртку, повесил ружье через плечо, достал патроны и, посмотрев вниз, остановился как вкопанный. Мерзость! «Что ЭТО?» — выплюнул он. У его ног должна была в нетерпении вертеться стая верных, обученных, кровожадных гончих, машущих хвостами в предвкушении охоты. Вместо этого, он увидел спокойного, тихого котеночка, сонно вылизывавшего свою шерстку, периодически отрыгивая шерстяные шарики. Охотник посмотрел на котенка, посмотрел на ружье, а затем, снова на котенка. В ужасе, он воскликнул: «КАК, черт побери, я должен охотиться с ЭТИМ?» Ответ оказался, на удивление, прост: в общем, вполне неплохо!

Шла середина декабря, и только что выяснилось, что Гонсало Игуаину придется лечь под нож из-за межпозвоночной грыжи, а после его ожидает четыре месяца реабилитации. Мрачные предсказания Моуринью сбывались. Они не могли сказать, что он не предупреждал, что будет именно так: летом он попросил еще одного нападающего, но они сказали: «Нет». «Окей,» — злобно сказал он, — «но если Игуаин или Бензема получат травму, нам останется только молиться.» И вот настало время просить помощи высшей силы. Причем, не только одной. Игуаин был травмирован. Если иметь в распоряжении только двух нападающих было делом рискованным, остаться лишь с одним было попросту неразумным. Клуб показал пальцем на Роналду, а затем на Кака, но Моуринью не сдался. ««Реал Мадрид» не может продолжать борьбу в трех кубках с единственным нападающим.»

Но вопрос касался не только количества, но и качества. Плохи ваши дела, если в команде только один нападающий, а если этот нападающий — Карим Бензема, ваши дела и вовсе безнадежны. Холодный, тихий, спокойный, очевидно не напрягающийся, очевидно безразличный, бездельно слоняющийся по полю француз не нравился Моуринью. Моуринью жаловался, что тренировки не начинались в 10 утра, потому что Бензема «все еще спал,» и как-то заметил, что француз «может многому научиться, сидя на скамейке».  Даже Кака сказал: «нам кажется, что Карим мог бы делать гораздо больше.» Когда Моуринью спросили о комментариях бразильца, он просто согласился, заметив, что Кака «всего лишь сказал то, что думаем все мы.»

Моуринью просто не верил в Бензема. Он хотел чернорабочего, бойцовского пса. Цель: такой как Дидье Дрогба, Златан Ибрагимович, Диего Милито, Уго Алмейда, Рууд ван Нистелрой. Или, как оказалось, такой как Эммануэль Адебайор. Это не было игрой Бензема, хотя казалось бы, должно было стать его игрой: даже то, как он двигался, не впечатляло. Моуринью позднее выдал португальский вариант пословиц: «даренному коню в зубы не смотрят» и «каждому свое», критикуя Бензема: «если я не могу охотиться с собакой, я буду охотиться с котом. С собакой можно охотиться дольше и лучше. Но если у тебя нет собаки, но есть кот, придется охотиться с ним.»

Дело в том, что охотиться с котом Моуринью не хотелось. «Я знаю, что лучшее, что я могу сделать для Бензема, это предоставить ему игровую практику. Но будет ли это лучшим для команды?» — спросил он. Иной раз, он пожаловался: «Карим играет, потому что больше некому». Против «Альмерии» Карим даже не вышел на поле. Его вышвырнули из стартового состава, предпочтя Роналду, которому пришлось играть на острие. «У меня нет нападающего», — сказал Моуринью. «Нет есть,» — ответил Вальдано после боком вышедшей ничьи, — «он сидел на скамейке».

Оставить Бензема на скамейке было решением политическим. Моуринью преувеличивал свое недоверие к Бензема чтобы заставить руководство вмешаться. Часть проблемы конечно была реальной, и это невозможно не видеть. Бензема не только не был нападающим плана Моуринью, он еще и забил лишь один гол в Ла Лиге. Когда он играл, команда не получала преимущества. Не только то, как он играл беспокоило людей и раздражало Моуринью; главной проблемой был его характер. Многие поверили в то, что ему просто было все равно. Это было нечестно, но это было неизбежно. Лучший совет, который можно было дать Бензема: «Лги.» Бегай за ложной целью, гоняйся за мячом, который, очевидно, не сможешь догнать, вступай в неравные схватки. Просто ради самого действия, просто покажи, что ты стараешься. Не важно, что это не ты, просто делай это.

Подписанный как суперзвезда, по требованию президента, Бензема стоил 35 миллионов евро, но, не смотря на жесткую кампанию против Игуаина, принес мало пользы команде в свой первый сезон. Кто-то пытался спорить с этим, но факт оставался бесспорным. Игуаин забил 27 голов в 32 играх. Бензема — всего лишь 8. И 8 практически ненужных голов: два против сосланного в Сегунду «Тенерифе», четвертый гол в матче, закончившемся со счетом 5-0 против сосланного туда же «Хереса», шестой гол в ворота «Сарагосы», проигравшей 6-0, и четвертый в победе 5-1 с матче с «Атлетико». Он хорошо сыграл в Валенсии, но мало кто впечатлился. Он открыл счет только однажды (против «Тенерифе»), и только два гола против «Депортиво» были значительными, и то, те голы затмила «пятка Бога.»

В совете директоров мечтали об успехе Бензема. Отчаянно мечтали. Это и было одной из причин, по которой изначально отвергались просьбы Моуринью о новом нападающем. Флорентино Перес лично поехал домой к Бензема, чтобы убедить его подписать контракт. Перес тоже чувствовал давление. Когда он вернулся в «Реал», были подписаны три галактикос: Кака провалился, Бензема проваливался, а переход Роналду был закреплен предыдущим президентом. И в этом сезоне дела оказались не лучше. Краткий ренессанс Бензема оказался ложным рассветом и к Рождеству его единственный гол снова был неважным на 88-й минуте в победе со счетом 3-0 над «Эспаньолом» в сентябре. Даже те, кто обычно был на его стороне усомнились. Марка сдалась. Бензема стал Бензена, где «на» было сокращенным от «нада» (ничто). Одна газета даже объявила его мертвым.

Моуринью продолжал настаивать, что ему нужен нападающий. Нападающий его плана. В конце концов, услышав тиканье бомбы замедленного действия в руках, «Мадрид» сдался. Адебайор перешел из «Манчестер Сити» на правах аренды. Это казалось концом Бензема. Но оказалось началом. Приехал Адебайор, и свершилось: Бензема стал забивать.

Через десять минут после начала мадридского дерби в субботу вечером, Бензема принял пас от Сами Хедиры и «Мадрид» повел в счете после его аккуратного удара в ворота шведкой. «Тоже мне, событие,» — можете сказать вы. Кроме всего прочего, это ведь только защита «Атлетико», и это всего лишь дерби, а мы ведь все знаем, если уж смотреть правде в глаза, что обычно происходит в дерби. «Атлетико» не выигрывал дерби 12 лет, и в семи играх из последних восьми на «Висенте Кальдерон» они пропускали гол в первые 15 минут игры. «Тоже мне, событие,» — можете сказать вы, потому что хотя Бензема и забил гол, это Икер Касильяс спас команду, и Месут Озил — великолепный в этом сезоне — забил второй гол в победе со счетом 2-1.  «Тоже мне, событие,» — можете сказать вы, потому что на самом деле лучшим игроком матча был Серхио Агуэро.

И вы были бы правы! Вы также были бы правы, если б сказали, что охота на «Атлетико» — вовсе не охота за большой дичью. К сожалению, в настоящее время, вы никогда не увидите чучело «Атлети» на шесте «Мадрида». У них есть цели поважнее. Но это все же было Событыем. Это было Событием, потому что это был четвертый подряд матч Лиги в котором забил Бензема. Потому что это был 12 гол, который забил Бензема в 2011 году — столько же, сколько забил Роналду, больше забил лишь Месси. Потому что он забил в Лиге девять голов с начала этого года и четыре гола подряд в играх Лиги Чемпионов — этого не удавалось сделать никому за всю историю клуба. Потому что это его 21 гол за сезон на данный момент. И потому что дело не только в том, что он забивает. Не только в том, что он забил первый гол в ворота «Атлетико» в минувшую субботу, но в том что он продемонстрировал великолепное индивидуальное мастерство, отправив мяч в ворота «Севильи» и тем самым выведя команду в финал в Кубке Короля, и потрясающий гол «Лиону», первый гол, что «Мадрид» когда-либо забивал на «Стад Жерлан» — всего через сорок секунд после того, как вышел на поле, заменив другого игрока.

Когда Бензема забил тот гол, обычно хладнокровный Перес подскочил на трибуне и сотряс кулаками в воздух. Это был первый раз, когда кто-то сможет припомнить его реакцию на гол — и это показатель его огромного желания видеть успех Бензема, показатель того, какое давление ощущал на себе директор.

Адебайор вышел в старте в игре с «Лионом», но он, вопреки ожиданиям, не похоронил Бензема, напротив его прибытие из «Манчестер Сити» только пошло французу на пользу. Оно дало ему не только большую свободу передвижений, позволяющую ему делать забеги слева, или уходить ближе к центру поля — статистика показывает, что больше половины забегов Бензема делает слева, и играет значительно глубже, что делает игру «Мадрида» менее прямолинейной и более изысканной, но также и сняло с него политическое давление. Это означает, что он больше не пешка в чьей-то игре, которая будет рычагом в политических переговорах, игру которой будут анализировать снова и снова, и использовать как оружие. Получив чего хотел — а мало кто сомневается в том, что «Мадриду» действительно нужен был еще один нападающий в команде — Моуринью теперь может свободно строить свою команду.

«Теперь он даже возвращается в штрафную, при подаче угловых,» — улыбнулся Моуринью. Котенок, который ластился и мурлыкал на коленях противника теперь бьет его медвежьей лапой. Только дело в том, что больших изменений в игре Бензема не произошло. Было ощущение постоянства, константы. Оно принесло с собой уверенность в себе и преданность. Не то что бы эта уверенность появилась из-за действий Моуринью, — хотя поклонники Моуринью приписывают ему этот чужой успех, — уверенность принесла игра. Травма Игуаина и появление Адебайора дали Бензема спокойствие и время на поле. И с каждым голом становилось все сложнее не ставить его в основу, с каждым голом он рос. «Я больше не котенок, — говорит Бензема, — теперь я — лев.» А большие кошки умеют охотиться. Даже лучше чем собаки.

— Сид Лоу, The Guardian

Scroll Up

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: