• 0

  • 102

Опасно говорить то, что думаешь

7 июля 2011, 11:47

Случай с Фернандо Гаго показал, какой опасности подвергаются игроки, высказывающие свое мнение.

Фернандо Гаго недавно подписал себе смертный приговор. 24 июня (прим.- в оригинале у Сида 24 июля) аргентинский полузащитник Реал Мадрида сказал ESPN, что «Барселона» — одна из лучших команд в истории, что она лучше, чем «Реал Мадрид», и что победить ее было невозможно. Проблема, по его словам, заключалась в том, что поклонники «Мадрида» не могут принять этот факт. Конечно, не могут: в течение нескольких минут Гаго, используя испанское выражение, называли какими угодно словами, но только не красивыми. Главным образом, ему бросали слова вызова.

Участники форумов и социальных сетей тоже обнажили лезвия: виртуальная разъяренная толпа с виртуальными вилами и факелами. Вскоре многие СМИ последовали этому примеру. Он был предателем, отвратительным и неблагодарным. Нарушив все правила, он стал воплощением позора. Он стал недостойным; он стал мусором, фальшивкой, шарлатаном. Но в любом случае, никогда и не был любимчиком. Он забыл, что «Реал Мадрид» — самый великий клуб на земле, самый успешный в истории футбола. Ему следовало бы уехать. Его нужно было бы вышвырнуть. Его нельзя прощать.

Некоторые предположили, что это была преднамеренная уловка с целью форсировать свой уход: он хотел уйти, а теперь и клуб захотел, чтобы он ушел. Оставлять его теперь нельзя. Прощай и счастливого избавления.

Слова Гаго нельзя назвать проявлением особой мудрости. Он наверняка должен был знать об их последствиях, изложенные на бумаге они выглядели бы довольно категорично; любые комментарии, лишенные интонации и контекста, так выглядят. Но все ли было так плохо? Здесь был другой протест, социальная паника, основанная на… на чем именно?

Гаго нигде не солгал. Но первое, что влечет за собой беду в футбольных войнах, это правда. Футбол — это страсть и индивидуальный почерк. Но для болельщиков это в основном слепая преданность. Любой, кто выскажется против вас, моментально становится врагом. А если он из вашей команды, он предатель. Все остальные предвзяты; несмотря на то, что предвзятость (как например, красота) находится в глазах смотрящего. На трибунах соперникам тоже достается; атаки онлайн и на форумах легки, их можно проводить безнаказанно и анонимно.

Это нормально. Между тем, все эти атаки виртуальные и не настоящие. Зачастую, по крайней мере. И они не должны необоснованно волновать нас. И все же в этот раз реакция была слишком сильной: все это было недальновидным. Но это помогло обнажить проблему.

Гаго ничем не оскорбил свой клуб. Фактически, самой обидной вещью, которую он сказал, даже если он не хотел, что это звучало так обидно, можно назвать замечание, которое увернулось от всеобщего внимания. Эти словами были: «Мне повезло, что я не играл в Класико; я просто посмотрел его по телевизору».

Тон интервью был мягким и расслабленным; Гаго какое-то время о целом ряде проблем. Но немногие потрудились слушать оригинал. Они просто взяли комментарии, и понеслось. Слова были вынуты из их диалогового контекста: не только СМИ, но и поклонниками. Кроме того, даже чтение слов в письменной форме не должно было быть достаточным, чтобы вызвать такой произвол.

Гаго сказал, что «Барселона» — одна из лучших команд в истории. И это правда, а не то, что вырвавший у «Барселоны» «Реал Мадрид» Кубок Короля, должен расценивать как клевету. Он отметил, и это наверно, самая раздражающая вещь для фанатов, считающих, что не может быть ничего хуже, чем восхвалить оппонента, и кстати, это проскочило у всех мимо ушей — он отметил, что «Барселона» — та команда, которой Вы восхищаетесь. «Вы смотрите на них и думаете: «Я хочу играть как они», — сказал Гаго. Он еще заметил, что четыре игры за 18 дней — это «слишком», что тоже было правдой.

Потом он сказал, что «Мадрид» не мог выиграть у «Барселоны». И это правда: это было «не мог» (отрицание, прошедшее время), а не «нес мог» (в смысле «был не способен») или «не может» (в смысле «не в состоянии»). И в Лиге Чемпионов они не могли. «Это должно быть тяжело для поклонников»,- спросили у Гаго. «Они видят разницу между этими двумя командами?».

«Это тяжело»,-  ответил Гаго, «фанаты не могут перенести это так, как это делают аналитики или игроки». Если кто сомневался, что это была правда, реакция доказала, что это так. Таким образом поклонники не могут видеть разницу, потому что они очень хотят победить. И в чем проблема? Повторюсь, то, что сказал Гаго, не содержало в себе ничего грандиозного. И снова, он был прав.

Более правильным, было то, что возможно Гаго на самом деле хотел донести: одной из проблем Мадрида на протяжение последних шести-семи лет было нежелание понять, что футбол это спорт, а в спорте можно и проиграть. Такой клуб как Мадрид должен всегда желать успеха, но неудачи неуклонно ведут к преждевременным сожжению проектов, смене тренеров, менеджеров и даже спортивных директоров., уничтожению стабильности и вырыванию спортивных проектов с корнем — и вместо успеха эта жажда только усугубляет положение.

Гаго действительно не оскорбил никого, но он все же умудрился многих обидеть многих. Он просто говорил правду, которая в общем не является краеугольной истиной. Он сделал это в спокойной, рациональной и не мстительной манера. Да, он был опрометчив, сделав так, но неужели он действительно заслужил такую реакцию? Стоила эта игра в СМИ свеч, и действительно ли все ее участники такие обидчивые и легеоранимые? Люди действительно попрощались со своими чувствами?

Весьма вероятно. Слова Гаго укрепили кое-что, что уже продемонстрировал Тьяго Алькантара несколько дней назад. Барселонский игрок подвергся шквалу критики за то, что опрометчиво сказанул, что он не знает почти никого из из сборной Англии U-21 (что естественно) и что — кошмар и ужас! — он надеялся выиграть Чемпионат Европы U-21 (что, между прочим, его команда и сделала, раскатав Англию в первой игре). Он обвинялся в том, что он высокомерный, «дерзкий» такой — сякой, «хлопнул неизвестную Англию.» Над ним не издевался только ленивый. Игрок Англии Марк Олбрайтон ответил ему резко, сказав: «испанцы очевидно хороши в спекуляциях».

Никто, казалось, не хотел признавать, что возможно, за несколько дней до турнира и сопутствующих брифингов, Тьяго попросту честно ответил на вопрос. Он не знал многих из игроков Англии. До сих пор. А почему он должен? Он был счастлив, что Джек Уилшер Арсенала не сыграл — и что в этом преступного? Сколько из испанских игроков знали бы английские игроки, даже при том, что у команды Испании было 750 появлений в первой лиге между ними?

Спустя несколько дней после этого, Тьяго вновь оказался в беде, сказав, что его мечта играть не именно за Барселону, а просто играть в профессиональный футбол. И снова здрасьте! Как смеет бразилец, рожденный в Италии н, объясняться в любви к каталонской команде; как смеет он держать в голове  играть за другой клуб? Его даже принудили к извинениям: конечно, моя мечта играть за Барселону. Правда, очевидно, вредит. Намного больше чем это должна. Каждый раз, когда игрок говорит что-то отдаленно стоящее, его готовы распять.

В конце концов имеет значение только одно: намерения фундаменталистов и гонцов за сенсациями оказывают влияние, которое обедняет игру, ограничивает доступ к ней, и, конечно, .

С каждым патетическим протестом, каждым раздутым, однобоким взглядом и морального произвола, игроки становятся все более убежденными, что все, что они говорят, может использоваться против них. Даже когда нет ничего. И мы жалуемся, когда замечания футболистов становятся унылыми, почти невыносимо болеутоляющими. И мы стонем, когда они лежат, а потом изображаем себя удивленными и обманутыми, когда они уходят. И дивимся, почему бы им вообще никогда рот не открывать.

Фернандо Гаго действительно должен уехать из Реал Мадрида. Не из-за того, что он сказал, ведь в сущности он ничего не сказал. Уехать из-за того, что он сделал на поле, ведь там он тоже в сущности ничего не сделал.

— Сид Лоу, Sports Illustated

Scroll Up

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: