Размышления футболистов, которые играли и в «Мадриде», и в «Барселоне».

«Я думаю, что никто не борется против своих чувств. В любом случае, мы обычно играем против своего происхождения», — заявляет Альфонсо, один из 28 футболистов, которые в своей карьере надевали и белые, и сине-гранатовые футболки. Воспитанный в кантере «Мадрида», куда он пришел в 13 лет, Альфонсо играл два сезона в «Барселоне» (2000-2002 гг.). «Тогда я уже знал, что может произойти, все что угодно», — вспоминает он. То же случилось с Луисом Мильей, который после многих лет, проведенных в Ла Масии, 7 лет провел в «Мадриде»: «Я ушел из «Барсы» по причине, которую сейчас я уже не помню».

Радомиру Античу
можно также задать этот же вопрос. Через 12 лет после того, как он тренировал «Мадрид» в сезоне 1991/92, он пришел в «Барсу»,  привел в первую команду Виктора Вальдеса и Иньесту, перевел Хави в центр полузащиты, а Пуйоля — с позиции правого защитника в центр обороны. И не было ощущения, что они что-то нарушили. «Я никогда не был чьим-то болельщиком, — оправдывает Антич свою позицию. — «Я влюблен в футбол, и меня больше интересует содержание, нежели результат».

История принимает этих футболистов, которые защищали гербы двух самых непримиримых соперников. Такое происходило даже в 30-х гг., когда футбол еще был только увлечением, а не бизнесом, с Самитьером, Гарсией Пуэртой и Иларио. Затем появились такие громкие имена в истории обоих клубов, как Люсьен Мульер, Шустер, Лаудруп, Луис Энрике, Роналдо или Фигу, чье возвращение в белой форме «Камп Ноу» встречал брошенной в него головой молочного поросенка…

Однако в 60-х гг. такое не случалось с Хусто Техадой. «Но, конечно, я не ушел из-за денег». В тот день, когда он впервые вернулся на некогда родной стадион в форме «Мадрида», его встретили с искренностью и без враждебности. Техада, которому сейчас 78 лет, был фланговым полузащитником, который был воспитан в школе «Барсы», «где я играл в разных возрастных турнирах», и тогда он даже не мог подумать, что в 28 лет он перейдет в «Мадрид». После проигранного финала Кубка Европы «Бенфике» (1961) «Барса» основательно перетрясла состав, «и мы были выставлены за дверь — Кубала, Рамальетс, Цибор и я. И так как Ди Стефано хорошо знал меня, я перешел в «Мадрид». Его цена составила полмиллиона песет, и сегодня он с грустью вспоминает отношение к себе со стороны «Барсы»: «Мне было 28 лет, и я доказал, что меня рано похоронили».

Альфонсо
вырос под бдительным оком Дель Боске. Они мечтали об одном и том же, и он уже привык слышать, что однажды он станет наследником Бутрагеньо в первой команде: «Действительно, я дебютировал в основной команде в 18 лет». Но на 69-й минуте ноябрьского вечера 2000 года в матче «Барса»-«Мадрид» судьба распорядилась иначе. Тогда Альфонсо заменил Луис Энрике и вышел защищать герб «Барсы» на «Камп Ноу» против клуба, который занимал большую часть своей жизни, и даже против членских билетов своих родителей, «которые были сосьос «Реал Мадрида». Но Альфонсо никогда не чувствовал себя предателем: «Я только был там, где был должен находиться». Его сердце не раз это доказывало: «В мире футбола ты должен учиться искать себя в жизни».

В том же матче Дани также играл в основном составе, пока Франк Де Бур не заменил его, чтобы потянуть время. Он также был еще одним мадридистом на поле в форме «Барсы». Когда-то он, чей футбол был похож на Ван Бастена, лелеял надежду, что он будет играть в первой команде своего родного клуба после того, как «вместе с Моралесом я дебютировал в матче против «Депора». Однако будущее сложилось иначе. И если Альфонсо пришлось бороться с Раулем и Саморано, то Дани — помимо Рауля, еще и с Миятовичем, Шукером и Морьентесом, и он решил уйти в «Мальорку», где был важным нападающим настолько, что Ван Гаал посоветал его трансфер. Дани перешел в «Барсу», «потому что нельзя быть трусом».

Юлен Лопетеги
мог бы пожаловаться сегодня, но прошло столько лет, что он уже не сделает это. Воспитанный в кантере «Мадрида», он решился уйти в «Логроньес», где своей игрой он постарался, чтобы его считали наследником Субисарреты в рамке «Барселоны» после ЧМ 94 в США. Но он почти не играл, и все его воспоминания о Класико связаны только со скамейкой: «Я не играл ни в одном». Но, например, Альфонсо говорит, что «я не вижу больших отличий между двумя грандами, и есть одно главное сходство: добиться успеха одинаково трудно в обоих грандах». И Милья тоже соглашается: «И там, и там от тебя одинаково требуют по максимуму, потому что всегда надо побеждать, и именно это все определяет».

Луис Милья вспоминает о своем первом Класико в форме «Барсы» (1988 год» как «нервы предыдущего дня». В 1990 году он ушел в «Мадрид» Тошака на правах свободного агента. Там никто не забыл парня, который «в Ла Масии был не только сформирован как футболист, но также воспитан как личность, но он не ошибся в своей позиции: одно дело — это память, и другое — реальность.

«Я играл 7 лет в «Мадриде», и за это время матч с «Барсой» уже не был для меня ничем особенным. Это была лишь часть моей работы». Поэтому он пережил 5-0 в год Вальдано с той же печалью, что и разгром на «Камп Ноу» годом ранее.

Большинство аргументов одинаковы. И вопрос, который бродит в головах вовлеченных в эту дискуссию, воспроизводит с присущей ему мудростью Радомир Антич: «Способен ли я противостоять величию этого клуба?» В конце концов, «если принять во внимание, что футбол — это профессия, которая длится совсем недолго», то заявление Альфонсо выражает мнение этого странного клуба избранных: «Немногим была дана привилегия играть в двух грандах. Почему не считать это удачей?» — спрашивает сам себя сегодня тренер.

Источник: publico.es

Scroll Up

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: