История странных отношений Месси и его родного города, Росарио.

В путеводителях, которые видят места такими, какими они должны быть, но редко, какими они есть на самом деле, существует странная история любви между городом Росарио и его знаменитым сыном, звездой мирового футбола, Лео Месси. Я обнаружил её на 179 странице «Lonely Planet», которую листал в течение трехчасового путешествия из Буэнос-Айреса в родной город Месси. Мой друг и переводчик, ирландский эмигрант Пол, вел машину. Он согласился помочь мне в моем исследовании, ввиду моей одержимости Месси, который является одним из самых знаменитых спортсменов мира, и в свою очередь, одним из самых загадочных. Эта комбинация и привлекала меня больше всего. Я читал всё, что мог найти. Смотрел видео в Интернете. Анализировал один его гол в «Барселоне» за другим. Пока другие игроки стремятся к мячу, Месси движется в согласии с ним, на полной скорости и до полной остановки. После, когда игра заканчивается, огонь необъяснимо гаснет: контакт его глаз с окружающим миром исчезает, его ответы всегда не больше слога. Чем больше я читал, чем больше я смотрел, тем меньше понимал. Может быть в Росарио, где он родился, будет положен конец моей путанице?

Въезжая в город мы с Полом искали какого-нибудь подтверждения. Ну, вы понимаете, о чем я. Приз Билли Кеннона Хайсмана демонстрируется при въезде в Батон-Руж. Существует бар, который превратили в святилище, в родном городе Бретта Фарва (прим. – игрок в американский футбол). Знаки, которые позволяют всему миру понять, что этот кусок земли однажды произвел на свет величественное: героя футбола, звезду рока, астронавта. В течение моего первого дня в Росарио я не увидел ничего, чтобы демонстрировало нам, что Месси здесь вырос. На следующее утро, завтракая мясным пирогом возле бензоколонки, мы увидели спортивный бар напротив, в нескольких кварталах от родного квартала Месси. В окнах были большие фотографии Мухаммеда Али, Марии Шараповой и Рафаэля Надаля. Ни одной фотографии Месси.

В следующие дни мы замечали это повсюду. Вы бы никогда не догадались бы, что Месси из Росарио. Даже на первой площадке, на которой он играл, которую мы нашли, пока солнце пряталось за лунным городским пейзажем среди зданий в советском стиле и под аккомпанемент воющих собак. На стене с живыми цветами и абстрактными линиями кто-то нарисовал граффити. Лицо выглядело знакомым. Черт возьми, я засмеялся. Это же Кит Ричардс! Потом я увидел огромные губы у другого персонажа рядом с Китом и понял: Мик! На площадке, на которой Месси играл впервые, Rolling Stones волновали чье-то воображение больше, чем он.

Я был, конечно же, расстроен. Написал обо всем, что обнаружил, или скорее не обнаружил и попытался найти тренера, занимающегося с детьми, который знает о Месси и его семье. Я почувствовал себя лучше. Он видел Росарио таким же, как видели его мы, и предположил, как бы он отреагировал, если бы его родной город отвергал его. «Вы не чувствуете, что это город Месси», — сказал Давид Тревес. «Если вы лучший игрок на планете, и Вы даже не получаете самую малую часть любви от ваших родных, большинство сказало бы «Да пошли Вы к черту! Я останусь в Барселоне, и просто буду пополнять свой кошелек».

В конце концов, наш путеводитель привел нас в местное туристическое агентство. «Мы заинтересованы в Лео Месси», — сказали мы юноше в приемной. «В этом городе есть что-то, что можно посетить?».

Один из его коллег по работе тихо посмеялся.

Юноша ответил, что нет.

Прежде чем выйти, я вдруг вспомнил. Семья Месси владеет баром, который называется VIP – в местном произношении рифмуется с английским словом «zip» — ниже по улице, напротив реки, с синими зонтиками и в тени белой ивы. Это было низкое здание, со стеклянными арками и куполообразной крышей. И без души. Не было также ни одного упоминания о Месси внутри. Это было воскресенье. Вечер. По другую сторону океана Месси и его «Барселона» играли. Матч показывали во всем мире, но не в баре самого Месси. Я посмотрел на огромный экран, по нему в этот момент шла кулинарная программа «Clásico Shawarma».

«ИЗВЛЕКАТЬ КРОВЬ ИЗ КАМНЯ»

Но вскоре мы стали находить признаки чего-то более горького, чем просто двойственное отношение. Однажды поздно вечером после ужина в одном из ресторанов на Пеллегрини Авеню, Пол и я зашли в темный, слабо освещенный зал бильярдной. Все обернулись на мгновение и посмотрели на нас. Стены были голыми, грязными, с обитыми краями. В воздухе висел дым. Шипела старая машина кофе-эспрессо. Никакой музыки. Старики окружили бильярдные столы, остальные в небольших группах, играли карты или в домино. Две полных женщины говорили с барменом. Одна из них сделала предостерегающий жест молодому человеку, играющему в пул. Позже он рассказал нам, что работал в США на мафию и однажды провез 16 кг кокаина до восточного побережья в машине. В некоторых деталях он описал нам, что чувствует человек, которому отрывают ногти плоскогубцами. Пол, игнорируя мои сигналы закрыть свой рот, спросил, убивал ли он когда-либо кого-либо, и парень сказал нет. И подмигнул. Мы заказали несколько литров пива, играли в пул и спросили о Месси у старика, подающего наше пиво.

«Он ничего не выиграл для Аргентины», — сказал он.

Точно так же, как мы не видели его присутствия в Росарио, многие жители этого города не видят его в себе. Месси точно также неизвестен людям его родного города, как и мне. Они не понимают, как он играет, или как он действует на поле, и они не видят чистой причины и следствия, никаких X+Y=Z. Диего Марадону они понимают. Он рос в бедной трущобе, Вилья Фиорито. Вся его жизнь была борьбой, чтобы избежать следствий его рождения, и когда он преуспевает, или даже терпит неудачу, его соотечественники признают его борьбу. Они понимают и ангелов, и демонов его таланта. Всё, что когда-либо делал Марадона, могло быть объяснено жестокими улицами Фиорито.

Месси уже 25, он играет так, как никто другой. Его талант не возможно легко объяснить его биографией: ребенок среднего класса, рожденный в обычной и стабильной семье. Пока он не стал суперзвездой «Барселоны» никто в родном городе не слышал о нем. Его самые большие воспоминания о Росарио – игра в детской команде. Они проиграли всего одну игру за четыре года. В очень узком кругу людей, которые следят за местными детскими турнирами, эта команда стала известной как Машина ’87, потому что в ней играли ребята 87-го года рождения.

Тем не менее, проблема существовала. Когда Месси было 9 лет, он перестал расти. Доктора обнаружили гормональный дефицит и он был вынужден придерживаться режима ежедневных инъекций. Он носил с собой ампулы в портативном холодильнике, когда шел играть со своими друзьями.

«Я вырасту?» — спрашивал Месси со слезами на глазах.

«Ты будешь выше Марадоны», — сказал ему доктор Диего Шварцштайн. «Не знаю будешь ли ты лучше, но будешь выше». Его команда, одна из главных команд города, «Ньюэллс Олд Бойс», согласилась помочь оплачивать лекарства. Но, по мере того, как цены росли, прекратила это делать. Расстроенный, его отец нашел готового платить: «Барселону». И когда Лео было 13 лет, после того как Машина ’87 выиграла свой чемпионат, он и его отец, Хорхе, отправились в Испанию. Прежде чем Месси уехал, он отправился к врачу, чтобы с ним попрощаться. Шварцштайн пожелал ему удачи и подарил крошечную футболку «Ньюэллса» с 9 номером на спине. Лео отправился с отцом в аэропорт Буэнос-Айреса, меняя свою удобную жизнь на новую и незнакомую.

Его мать осталась с его родными и братьями. Когда он плакал, а это случалось часто, он не хотел, чтобы это видел его отец. Вся его семья вращалась вокруг его будущего; «Барса» даже согласилась дать работу Хорхе, в то время как Лео обучался в кантере клуба. Конечно, он многому научился, но он уже был профессиональным атлетом в 13. Четыре года прошло. За это время он изменился от Лионеля, ребенка, которого поддерживает его семья, до Месси. Он вырос. Шварцштайн был прав. Рост Марадоны 167 см, а Месси – 169. В следующий раз, когда жители Росарио услышали его имя, он был звездой. «Трудно быть героем в своем собственном городе», — объяснил Марсело Рамирес, друг семьи и радиоведущий, который показал нам смс-ки от Месси. «Он не рос здесь. Он потерял контакт с людьми. Он больше фигура международного масштаба, чем росарино».

Тренеры аргентинской сборной узнали о нем посредством видеозаписей, и когда отправили ему первое приглашение в сборную, обратились к нему как к «Leonel Mecci». На Чемпионатах Мира 2006 и 2010, играя вне известной схемы «Барселоны», у него были проблемы, по крайней мере, перед ожиданиями его соотечественников. Его тренеры и члены команды не понимали Месси, который однажды пришел на барбекю, организованное для команды, и не сказал ни слова. Даже, чтобы попросить себе порцию мяса. Люди в Аргентине думали, что он испанец. В кафе и в бильярдных они спрашивали друг друга, почему он побеждает в одном турнире за другим с «Барселоной», и никогда за сборную его собственной страны? Они выходили из себя, когда он не пел национальный гимн перед матчами. Но в Барселоне Месси вызывал ту же реакцию. Люди обратили внимание, что он не говорит по-каталонски и продолжает говорить с акцентом росарино. Он покупал мясо у аргентинского мясника и ел в аргентинских ресторанах. «Барселона – не его место в мире», — написал как-то влиятельный испанский издатель Айтор Лагунас. «Он своего рода трудовой мигрант с явной тоской по дому».

Во многих отношениях он человек без родины.

«Он чистый аргентинец для Барселоны, но не для Буэнос-Айреса», — продолжает Лагунас, чей журнал Panenka посвятил свои страницы проблеме Месси и Росарио. «И контраст между его удивительными матчами за «Барселону» и «не такими хорошими» за сборную, также способствует этой странной точке зрения аргентинского народа. В отличие от Марадоны, который показывает свою ультратипичную аргентинскую индивидуальность, аргентинский народ с трудом признает себя в этом маленьком, застенчивом, тихом мальчике-интроверте».

Месси никогда не раскрывается. Когда журналист Sports Illustrated Прайс отправился взять у него интервью, он получил 15 минут безэмоциональных, отчасти раздражающих ответов. Итальянский журналист по имени Лука Кайоли написал биографию Месси,  основная линия которой: друзья и семья признает Месси непостижимым даже для самых близких. «Когда он не так преуспевает», — сказала близкий друг семьи, Синтия Арельяно, писателю, — «Лео уединяется немного. Он отступает. Уходит в себя. Он был таким даже со мной иногда. Это было похоже на добычу крови из камня, пытаясь узнать, что происходит там внутри».

СВИДЕТЕЛИ МЕССИ

Постаревший тренер Месси, достал сигарету и улыбнулся с ностальгией во взгляде, хотя в нем читалось и счастье, и удивление, и сожаление.

«Месси хранит себя в хрустальной коробочке», — сказал Эрнесто Веккьо.

Он ведет нас через академию «Ньюэллса», мимо столов для ланча для родителей, наблюдающих за детьми в футболках на вырост. «Ньюэллс» — самый старый профессиональный клуб в Росарио, и как у большинства команд, у него отличная кантера. Месси играл на этом поле в такой же день, как этот. Небо было высоким и синим, вечерний зимний холодок витал в воздухе. На стороне дети били по мячу.

«Они все хотят быть похожими на Месси», — вздыхает Веккьо.

В течение многих лет он ругал своего бывшего игрока. Что-то случилось здесь, в этой академии. И у Веккьо была своя роль. У многих она была. Должно же быть хоть некоторое признание. Вместо этого их выставляют как близоруких дураков, которые позволили легенде уйти. Официальный представитель прежнего «Ньюэллса», отвечающий за платежи соматотропина для Месси, несет квитанции, похожие на подделки, пытаясь доказать, что он не принимал самого неудачного решения в истории профессионального спорта. Но шрамы от ожога остаются. Веккьо не мог даже видеть своего бывшего игрока. Два года назад, в беседе с репортером лондонского таблоида, он высказал боль всех брошенных: Месси забыл свои корни.

«Прошло более 10 лет с тех пор, как мы говорили», — сказал он тогда. «Это позор, что дети могут забыть некоторые вещи, как только обретают успех. В 2006 году я слышал, что он был в Росарио, и я пошел к нему домой, вспомнить старые времена. Мне сказали, что его не было там, но это была ложь. Он, должно быть, побоялся, что я буду просить у него что-либо. Деньги меняют людей».

Мы сели за стол в кафе Академии.

«Когда в последний раз вы говорили с ним?»- спросил я, в поисках ожидаемого ответа. Он не отвечал.

«Год назад», — наконец сказал он.

Он еще раз услышал, что Месси в городе, собрал поклонников в VIP. К тому времени Веккьо уже знал правду, — он не был составителем таланта Месси, а просто его свидетелем. Веккьо пошел в бар, и нашел местного полицейского, охраняющего дверь. «Когда я пришел, увидел целую толпу людей всех возрастов, пытающихся побыть с ним рядом, пытаясь сфотографироваться или взять автограф. Я сообщил охраннику кто я, и что я хочу с ним поговорить».

Веккьо ждал ответа в толпе подхалимов.

Месси согласился. Охранник проводил его ко столу Хорхе и Лео, который улыбнулся и выдержал объятия его старого тренера. Месси не упоминал старые газетные клише. Веккьо поцеловал его в щеку и сказал сколько гордости он чувствовал каждый раз, когда смотрел игру «Барселоны». Он думал, что его бывший игрок будет счастлив видеть его. Месси мало говорил. Хорхе доминировал за столом. Веккьо чувствовал, что время истекает, пока он говорил, в окружении толпы. Есть отличия от Месси в Барселоне и Месси в Росарио. Он живет в пузыре известности. Это был его путь в течение многих лет; он всегда был одиноким в окружении толпы. Что по сути одно и то же. Веккьо спросил Хорхе, думали ли они, что дойдут так далеко. Хорхе сказал нет. Пять минут Веккьо закончились и он пробирался обратно через весь этот хаос, чтобы быть замененным другим.

Сидя с нами в кафе, Веккьо сказал, что ничего не просил. Но спустя три месяца после тех пяти минут, Хорхе Месси нанял его, чтобы он мог работать на фонд семьи. Работа Веккьо состоит в том, чтобы обнаружить следующего Месси.

ВЗГЛЯД ИЗ-ЗА СТЕНЫ

С каждым человеком, с которым мы встречались, на передний план всё больше выходили правящие круги семьи Месси.

«Это маленькая и закрытая группа», — объяснил нам радиоведущий Рамирес, когда Пол и я попросили его однажды о подробных сведениях. Есть группа людей в Росарио, с которыми Месси общается по телефону или смс, почти каждый день. Есть другая, более многочисленная группа, которая получает от него известия реже, когда он в отпуске, например, или в особых случаях. Он проводит много времени с его тетями и дядями, кузенами и братьями, и с их небольшой группой друзей. Его мать выгонит любого, если заметят, что кто-то пользуется преимуществом. Месси прекрасен с друзьями и другими людьми, пока они ничего не просят. Долгое время у него не появлялись новые друзья. Большинство его доверенных лиц – товарищи по команде Машина ’87. Он пишет им перед их важными матчами в Аргентине.

Вратарь той команды, Хуан Крус Легисамон, один из его самых старых друзей, встретил нас. Он выбрал местное кафе под названием El Cairo, несколько обветшалое литературное место, с просторным залом и высокими стеклянными окнами. Это один из тех баров, которые можно найти только Южной Америке. Играла бразильская группа, и мы должны были кричать, чтобы услышать друг друга. Наконец, во время перерыва, мы смогли поговорить. Легисамон спортсмен, теперь он вратарь «Сенталь Кордоба», небольшого местного клуба. У него голубые глаза и тонкие ресницы. Я спросил его какой бы части жизни Месси он бы не позавидовал. «Я как раз сказал ему, что единственное, чего я бы не хотел из того, что у него есть, так это его внешность».

Нам говорят, что когда Месси дома, ему нравится играть в футбол на заднем дворе и в тот же футбол на Playstation.

«Месси всегда – Месси?», — спросил я.

«Он всегда – «Барселона», сказал Легисамон, улыбаясь.

Друзья Месси немного трепещут перед ним. Несколько лет назад он был лучше, чем они, но теперь различие показательно. Легисамон как-то увидел фотографию Месси, валяющего дурака на тренировке «Барсы», играющего вратаря. Его игра была прекрасна, словно он играл на этой позиции всегда. Легисамон даже позвонил ему и спросил, было ли так на самом деле. «Да, он же Месси», — говорит Легисамон. «Мы понимаем, что перед нами лучший игрок в мире. Но все же есть чувство, что все мы равны. Мы шутим, гуляем».

«О чем шутите?», — спросил я.

«О многом», — сказал он улыбнувшись. «Об его ушах, например».

Месси знает, что происходит в их жизни, и беседа складывается легко, не важно, сколько времени они не виделись. Обычно Месси и его друзья ходят друг к другу в гости. Когда они выбираются куда-то, ему нравится ходить в ресторан на Пеллегрини Авеню под названием Club de la Milanesa и несколько ночных клубов. После звонка Месси эти клубы приводят в готовность. Конечно же, его друзья любят выбираться с Месси только отчасти, потому что он привлекает внимание красавиц. Иногда он ездит с телохранителями. Легисамон смеется, вспоминая забавные моменты, — то, что случается, когда ваш друг становится богатым и знаменитым. «Он попросил, чтобы его телохранители сопровождали его, когда собрался идти в уборную», — говорит он о ночи в баре. «Он попросил и меня пойти с ним. Таким образом, все телохранители защищали его, и я шел позади, а за мной – еще одна группа охранников, защищала меня, но мне казалось это глупым. Они защищали меня, а я же никто».

ПРИБЛИЖАЯСЬ

Мы кружили по городу, от адреса к адресу, стуча в двери, в поисках членов семьи. Мы искали каких угодно сведений о внутреннем мире Месси. Не бывает людей, великих в чем-то и нормальных. Они все или балуются наркотиками, или цепляют проституток, но эти факты редко всплывают на поверхность. Часто подобные вещи – это следствия того кем они были и откуда пришли.

К примеру, в своей недавней поездке в Буэнос-Айрес, я посетил дом детства Марадоны. Это, казалось бы, так просто, но понадобились дни на то, чтобы найти кого-то, кто бы мог гарантировать безопасный проход в Фиорито, который является родиной нескольких самых крупных поставщиков кокаина в мире. Я согласился заплатить в местный благотворительный фонд 60 долларов. Отель предоставил мне автомобиль. Катаясь по трущобам на черном Mersedes-Benz, я чувствовал себя в космическом корабле. «Это похоже на каникулы в Сирии», — сказал водитель.

Мы припарковались и гуляли по улицам. В нескольких кварталах кто-то в портативный мегафон озвучивал слова протеста рабочих. Наконец, мы остановились перед лачугой из синего кирпича, на переднем дворе которой валялся хлам. Огромное мусорное ведро, картонные коробки и бутылки. Забор осел. Дальние родственники Марадоны жили здесь, зарабатывая на жизнь тем, что рылись в мусорных контейнерах. Их соседка сказала мне уехать. Она знала Диего еще мальчишкой, дружила с его бабушкой. «No viene», — сказала она. Он никогда сюда не приезжает.

А что же Месси? Связан ли он с районом, домом, где вырос?

Его отец много времени проводит в Барселоне, его мать переехала из их старого, простого дома, купив себе квартиру в самом причудливом доме Росарио, с башнями из зеркального стекла и отполированного метала под названием Аквалина. Он похож на тощий круизный корабль. Квартира занимает весь 26-й этаж. Говорят там 4 спальни, две террасы и небольшая квартира для слуг. Швейцар сказал, что она уехала.

Рывок от его новой жизни к его старой – это путь по набережной на юг, мимо порта. Мы повернули направо. Его дядя и тетя все еще живут в том же доме. За воротами был припаркован блестящий, черный спортивный Audi. Вид двора казался знакомым. Тогда я вспомнил, что видел видео, на котором Месси играет с его племянниками и племянницами, перемещая крошечный мяч ногами между детьми, неспособными его забрать. Его взгляд такой же, каким он бывает перед миллионами болельщиков. Есть что-то невинное в нем с мячом. Его друзья смеются над тем, как Месси кажется меньше самого себя без мяча. Легисамон рассказал нам историю. В прошлый раз, когда Месси их навещал, они болтались на заднем дворе и наблюдали за ним неловким и беспокойным. Наконец, даже не понимая, что он делает, он сорвал с дерева лимон и начал набивать его.

В Интернете полно видео с названием типа «Месси не ныряет», редкая черта в спорте, в котором игроки падают на землю как подстреленные от одного дыхания соперника. Есть несколько теорий, почему Месси не падает. Говорят об его характере или уважении к игре, но я думаю, все намного проще. Если он ныряет – он теряет мяч. Этот мальчик был счастлив только в движении. Он смеется, когда забивает. Он злится, когда проигрывает. Он становится капризным. Когда он был юн, и был удален во время тренировки, тренер увидел его на лице тоску, заметную даже на расстоянии. Когда он был удален в матче, будучи профессионалом, он плакал. Появилось прилагательное: детски непосредственный. Он действует как 13-летний мальчик.

Мы нажали на звонок. Улица среднего класса. Человек, вероятно дядя Месси, ответил, что тетя Месси вернется через несколько часов. Мы оставили записку. Я еще немного постоял прежде чем вернуться к автомобилю. В этом доме несколько лет назад в Сочельник, побывал болельщик из Швеции и его впустил и приветствовал сам Месси. Они беседовали в прихожей около часа. Месси иногда, кажется, забывает, или не понимает, что он известен. Есть видео, снятое на телефон, как он ждет собственный багаж в зоне для получения багажа, или ловит такси, в сопровождении болельщиков. Он зарабатывает миллионы в год и ждет свой багаж, и обычно летит эконом-классом, и это не потому, что пытается остаться скромным, а скорее потому, что не знает лучшего. Он похож на лунатика, пока у него нет мяча в ногах. Тогда он оживает.

Так мы узнали, что его семья так и не продала дом.

Он находится на улице Эстадо де Исраэль. За домом Месси дом Синтии Арельяно, которая говорила о «крови из камня». Она все еще живет там. За квартал из открытого окна доносился аргентинский фанк, его называют кумбией. Это любимая музыка Месси. Его iPod и наушники могут помочь ему «вернуться домой».

Дом был похож на другие здания, разве что немного больше, с высоким забором и камерой для видеонаблюдения. Он был белым, но нуждался в покраске. Навесы на небольших террасах на втором этаже сделаны из листовой стали. Деревянные ставни на окнах. Мы стояли у ворот и слушали. Казалось, кто-то был дома. Пол позвонил в звонок. Женщина ответила.

«Лионеля здесь нет», — сказала она. «Он в Испании».

Женщина сказала, что она уборщица и никто больше здесь не живет. Но семье Месси нравится, что дом остается чистым, как будто они снова могли вернуться сюда и возобновить жизнь, оставленную когда-то. Музыка эхом отзывалась от бетонных зданий. Уборщица не сказала нам, почему семья следит за чистотой пустого дома. И тогда я понял.

Марадона рос в бедности и потратил всю свою жизнь, убегая от лачуги синего цвета, никогда не оглядываясь назад, и так и не сумевший убежать. Марадона приложил все усилия, чтобы забыть Фиорито, а Месси сделал всё наоборот. Он, или возможно его семья, цепляется за прошлое, как сохранность их скромного дома на 525 Эстадо де Исраэль.

ПАЛОМНИЧЕСТВО

Месси неизвестен как глубокий мыслитель, или даже как мыслитель вообще. Справедливо задаться вопросом, способен ли он к экзистенциальной тоске. Много колонок было посвящено дебатам о его мягкой общественной персоне. Или им хорошо управляют? В конце концов, многие считали, что Тайгер Вудс также непостижим. Месси,… как же я должен написать это? – глупый? Талантливый идиот? Что если он не столько хорошо закрывается, сколько пуст? Все эти дебаты, — просто различный способ спросить, живет ли он второй, внутренней жизнью? Есть ли у Лео Месси страхи, желания, надежды, которыми он не делится?

В одной европейской газете я читал одну историю. Несколько месяцев назад он сел на частный самолет в Дубровник, Хорватия, взял автомобиль и пересек боснийскую границу, попав в городок Меджугорье. Там есть святыня, в которую ежегодно совершают паломничество около млн.  христиан со всего мира, потому что в 1981 году шестеро местных утверждают, что видели Деву Марию, а некоторые даже, что общались с нею. Месси был гостем одного из них.

Иван, тот кто его принял, говорит, что знает девять тайн от Девы, которые никогда не обнародовались. Он говорит, что видит Марию каждый день. У нее розовые щеки, голубые глаза и овальное лицо. Она носит серое платье. Большинство людей приезжает сюда, чтобы исцелить их ум, тело или искалеченный дух. Провидец, как их называют, не сказал о причине паломничества Месси, но заставил нас задаться вопросом. Что поломано в Месси, чтобы он хотел это исправить? Чего он не может купить за миллионы? Конечно, возможно, провидец соврал. Возможно, газета, или газеты, во множественном числе, потому что эта новость появилась одновременно во многих местах. Возможно, мы верим этому, потому что хотим увидеть незримые слои Месси. Мы хотим видеть объяснение его чудесам. Простого знания недостаточно. Вот почему я ездил в Росарио, стучась в каждую дверь.

ВЫ НЕ МОЖЕТЕ ВЕРНУТЬСЯ СНОВА ДОМОЙ… НЕ ТАК ЛИ?

Позже днем мы видели как трое молодых людей кружились возле старого дома Месси. Возле тротуара был припаркован черный спортивный Ауди. Пол и я подошли к ним.

«Как быстро ездит?» — спросил я, кивая на автомобиль.

«Двести с чем-то», — сказал Матиас Месси.

Матиас, средний брат, был похож на профессионального футболиста: спортивный костюм, колючая борода, намазанные гелем волосы, большие алмазы, висящие в каждом ухе. Он напоминал Криштиану Роналду больше, чем Лео. Это его работа управлять VIP. Рядом с ним был Родриго Месси, старший брат, обычно он живет в Испании. Он был одет в толстовку с капюшоном на голове. Третий парень был их кузеном, для мамы которого мы оставили записку. Сцена была забавной. Даже при том, что у них есть места получше, что быть там, они вернулись, чтобы повисеть в их старом доме. Приблизительно час назад «Барселона» закончила свою игру в Испании.

«Два гола Месси», — сказал Матиас.

Это то, что он сказал. Не Лео, не «мой брат», а Месси. Матиас большую часть времени говорил с нами, пока Родриго и его кузен задирали друг друга, как дети.

«Ты на что уставился?»

«Я просто смотрю на тебя. Ты идиот, я тебе голову пробью».

«Нет, это ты идиот, я тебя щас ударю, серьезно».

Они отвлеклись только когда Пол упомянул Роналду.

«Здесь это как ругательство», — сказал Родриго. «Роналду – ругательство».

«Простите меня», — сказал Пол.

«Повнимательнее с этим», — сказал Родриго.

«Я понимаю», — сказал Пол.

«Правильно», — сказал Матиас, смеясь. «Я не знаю никого другого, такого же показушного, как этот».

Дом они описали, как эмоциональный центр рассеянной семьи. Когда братья увидели дефект окраски, Матиас пробормотал что-то вроде «этот кусок д…». В те годы, когда Лео переехал в Испанию, Матиас сказал, что дом стал важнее для Месси, чем для его семьи. Этот дом, и особенно дом его тёти, который Матиас описал как «убежище» для брата, место для большого воскресного обеда с семьей, даже с товарищами по команде – Лео жаждет этих вещей, когда он далеко. Ему никогда не нравились роботы или игрушечные автомобили, только мяч. Он обменял свое детство на игру, в которую теперь играет с такой ребяческой радостью. Возможно, детство в Росарио не сформировало его, но отъезд, это конечно сделал.

«Что произошло бы, если бы вы продали дом, не сказав Лео?» — спросил я.

«Нет», — сказал Матиас, решительно. «Поскольку, Вы знаете, мы все воспитывались здесь. Мы росли здесь. Потому это важно, больше чем что-либо еще, что он у нас есть».

ПРОЕКТ РЕКОНСТРУКЦИИ

Месси возвращается в Росарио, он работает над поддержанием связей с его родным городом. Начинается это с того, как он говорит. Я вырос в Миссисипи, но, поскольку я много переезжал, я оставил свой южный акцент на Среднем Западе. Ирландские нотки Пола притуплены временем и расстоянием. Но Лео никогда не терял акцент Росарио, хотя прожил в Испании почти столько же, сколько прожил в Аргентине. Это – выбор.

После одной травмы, ему понадобился месяц на восстановление, он приехал сюда. И хотя таблоиды связывали его с одной или другой супермоделью, — он не настолько ребенок, чтобы не понимать, как это делается – он связал свою жизнь с девушкой, которую знал с детства. Его семья знает её семью, и наоборот, и она теперь беременна его первым ребенком (прим. Vincenzo – родила на днях). «Ньюэллс» собирается подарить ребенку специальный членский билет.

Его длительная общественная вражда с его бывшим клубом заканчивается. Он финансировал строительство нового спортзала и общежития при стадионе, чтобы у молодых игроков было жилище. За два дня до того, как это получило огласку, я был на стадионе, окруженном строительным гулом и эхом молотков, создавая тот же вид Академии, в которой он учился в Испании. Возможно, в будущем талантливому мальчику не нужно будет преодолевать океан.

В прошлом сезоне клуб добавил две фотографии Месси в кафе возле стадиона. Одна с Марадоной, другая в его Машине ’87, с глазами, сосредоточенными на мяче, больше его головы. Месяц спустя, в своем офисе, «Ньюэллс» добавил фотографию Месси с Марадоной. В этом сезоне впервые группа болельщиков принесла баннер Месси на трибуны. Мы попали к началу перемен, и я задался вопросом, что будет здесь через 5 лет.

Даже в раздевалке Барселоны, мысленно он в Росарио. После недавней игры — да, мы смотрели её в VIP — бывший доктор Месси, Диего Шварцштайн, отправил ему смс-ку. Он послал её вскоре после финального свистка и получил ответ 10 минут спустя. Все это говорит о человеке, я бы мог привести еще несколько примеров, который ищет чего-то. Пробудившийся Месси активно строит свои отношения с городом, который был до этого его родным только номинально. Он укрепляет корни.

У него те же друзья. Тот же дом. Он продолжает возвращаться туда, даже когда это неудобно. Некоторое время назад сборная Аргентины тренировалась в Буэнос-Айресе. Тренировка закончилась вечером в 6. Месси сел в авто и приехал через три часа.

ВЕЧНО МОЛОДОЙ

Однажды утром, в конце нашей поездки, мы толпились вокруг стола в темном углу отеля. Было похоже на Гавану, с ее увядшим аристократизмом. Хуан Крус Легисамон сидел с нами. Мы говорили почти три часа. Было поздно.

«Как Вы думаете, чего Лео боится?» — спросил я.

«Окончания карьеры» — сказал он.

«Я не могу себе вообразить 50-летнего Месси» — сказал я.

«Честно говоря», — сказал его старый друг, — «я тоже».

СНОВА ДОМ

Покидая город, Пол подпевал, думая о доме, а я смотрел из окна на заборы, продающего еду водителя грузовика и его апельсины. Маршрут лежал рядом с извилистой рекой Параной, которая орошает бесконечные ряды зеленой сои. Пастбища до самого горизонта. Эта дорога – та, по которой уезжал Месси, когда был застенчивым, тоскующим по дому мальчиком, и ее он видит, когда возвращается сюда, будучи звездой. Флаги развивались по ветру. Ветряные мельницы качали воду. А я представлял себе 13-летнего Месси, едущего со своим отцом. С того момента всё в его «внешней» жизни изменилось. Сначала было плохо, потом хорошо. Но мы никогда не сможем узнать, что произошло внутри. Теперь Месси каждый раз преодолевает три часа дороги туда и обратно, чтобы найти то, что потерял на этой дороге.

Автор: Райт Томпсон, ESPN
Перевод: Vincenzo, Real-Madrid.ru

Scroll Up

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: