Зе Марио был добрым  пареньком, который переживал всякий раз, когда его отца, тренера, известного своей мягкотелостью, увольняли. Сейчас тренирует он сам. Руководит «Мадридом», зарабатывает 10 миллионов евро и в обиду себя не даёт.

Фрэнк Лэмпард, футболист сборной Англии и звезда «Челси», смотрел с изумлением на свой телефон, улыбался и толком не знал, что ответить. Стояло лето 2004, и он только что познакомился со своим новым тренером, молодым португальцем с галантной чёлкой, который прилетел в Лондон спустя несколько дней после неожиданной победы в Лиге Чемпионов с «Порту». В пресс-центре клуба, одетый в тёмный костюм без галстука, этот молодой серьёзный  брюнет казался робким, будто испугался своего внезапного  появления в этом ослепительном мире фунтов стерлингов, мировых звёзд, раздутых эго и аристократической обстановки. Это продолжалось вплоть до тех пор, пока не подошёл его черёд представиться и ответить на колкие вопросы английских журналистов (которые сомневались в его опыте и не верили его анкету). Тогда, спокойно, с гордо поднятой головой, не повышая голос и не пошевелив ни единым мускулом, он сказал:

— Не хочу показаться высокомерным, но я не один из многих. Я особенный.

Двумя минутами позже мобильный Фрэнка Лэмпарда начал разрываться от сообщений товарищей по сборной, которые писали одно и то же:

— Видел своего нового шефа по телевизору? Какого чёрта он о себе думает?

Шесть лет спустя тот вопрос, на который Лэмпард так и не нашёл ответа, продолжает преследовать футболистов, руководство клубов, журналистов и болельщиков. Ни у кого нет убедительного ответа. Те, кто близко с ним общается, знают Моуринью доброго, педантичного, приятного и любезного в общении.  Те же, кто судит только по его публичному образу, видят грубияна, задиру, любителя бросать вызовы, карикатурно наглого. Но, кто может поддерживать эту двойную жизнь, такую противоречивую и резонирующую, без риска для своей эмоциональной стабильности? До какой степени нынешний тренер «Реал Мадрида» — это выдуманный персонаж, франкенштейн, искусственный образ, созданный Жозе Марио душ Сантуш Феликс Моуринью? Если мы вынесем этот вопрос на конгресс психоаналитиков, возможно, они, потирая руки от удовольствия, возьмутся за свои записи и посоветуют нам обратится к детству главного героя.

Рождественский обед

Зе Марио, как его звали дома, свои первые годы жизни провёл с мячом в ногах и книгами на столе. Сын Феликса, футбольного вратаря, и Марии Жулии, учительницы португальского языка, Зе был старательным и трудолюбивым парнем, исполнительным в школе и любящим играть в футбол со своими товарищами во дворах Сетубала. Обычный мальчик, который всегда просил мячи в качестве подарков и который сразу же выучил наизусть все команды, игроков и статистику португальского чемпионата. Повесив перчатки на гвоздь, его отец стал тренером, а молодой Моуринью начал знакомство с тонкостями этой профессии.

Зе Марио всё ещё помнит, как, когда ему было 10 лет, во время рождественского обеда зазвонил телефон.  Его отец снял трубку, поздоровался с собеседником и тут же поменялся в лице: его выбросили на улицу. Ни число, ни время не смутило руководство команды, которое после нескольких плохих результатов решило порвать с Феликсом Моуринью именно 25 декабря. Тот день, начавшийся с обычных рождественских хлопот, песен и сладостей, и закончившийся угрюмым беспокойством, сочувствиями и утешениями, отпечатался огнём в душе Зе Марио, который почитал своего отца настолько, насколько любил футбол.

Месяц спустя дон Феликс вернулся к работе. Его сын учился в лицее Сетубала, получал хорошие оценки и собирался поступать в университет, но с огромным удовольствием помогал ему с грязной работой. В 15 лет Зе Марио наблюдал за соперниками, анализировал их тактику и составлял детальные отчеты для своего отца. Во время матчей он занимал место на лавке возле дона Феликса и проводил минуты, бегая от одного конца поля к другому, чтобы передавать поручения тренера игрокам. В этом возрасте, когда все мальчишки мечтают стать молниеносными нападающими или ловкими полузащитниками, Зе Марио уже хотел стать тренером.

Но у доньи Марии Жулии, его матери, были на него другие планы: она хотела, чтобы он продолжил учёбу в университете. Возможно, она слишком много страдала из-за ремесла своего мужа, чтобы желать той же участи для своего сына. «Не думаю, что Зе высокомерный, но да, характер у него есть», призналась она одному английскому журналисту спустя годы. «Вероятно, он извлёк пользу из опыта своего отца, который не смог подняться выше из-за своей скромности». Дон Феликс действительно был известен, как тренер слишком мягкий и порядочный. И его собственный сын испытал это на себе в 1982, когда молодой Моуринью был центральным защитником, не подающим особых надежд, в команде «Рио Аве» — скромном клубе Первого Дивизиона, который тренировал его отец. В то время Зе Марио смотрел все матчи с трибуны. Его включили в заявку всего один раз, хотя он и сидел на скамейке запасных, на поле его так и не выпустили. Однако, его судьба смогла измениться в последнем матче чемпионата, который «Рио Аве» должен был провести против могущественного лиссабонского «Спортинга». Дон Феликс  обдумывал, как ему заменить неожиданно травмированного либеро из основного состава – Фигейредо, который  получил травму за несколько минут до начала матча. Подумал о своём сыне. Срочно позвал Зе Марио, попросил его переодеться и занять место на скамейке. Но президент клуба, Жозе Мария Пиньо, увидел эти манипуляции из ложи и, ужаснувшись, бегом спустился в раздевалку. Пиньо, сангвиник с грубыми манерами, пригрозил тренеру, что быстро распрощается с обоими: с ним и его сыном, если Зе Марио выйдет на поле. Дон Феликс не решился на этот шаг. «Рио Аве» проиграл 7-1, а Жозе Моуринью так и не дебютировал в Примере. И никогда этого и не сделает.

От преподавателя до тренера

В 22 года после неудобных переходов по клубам Второго Дивизиона, Зе сделал выводы: «Я умный человек и знал, что не добьюсь в этом большего. Это был мой уровень», рассказывал он ежедневнику «The Times». На пути его матери больше ничего не стояло, и она записала его в Школу управления предприятием. Он пробыл там один день. «Это было не для меня: офисная работа и галстук…». Поэтому он искал профессию, которую мог бы получить в университете и, которая была бы совместима со спортивным костюмом. Он поступил в Высший институт физической культуры.

Это был не первый раз, когда он огорчал донью Марию Жулию: в 16 лет, после нагоняя от преподавателя по математике, Зе Марио, сильно расстроившись, ушёл из аудитории и не возвращался до тех пор, пока математику не стал преподавать кто-то другой.

Наконец-то его жизнь казалась налаженной. Он окончил институт с отличием, стал преподавать в университете физкультуру и женился на Матильде, которая была его девушкой с малых лет. Чтобы утолить свой «футбольный голод», занимал должность помощника тренера в таком клубе, как «Эстрела Амадора» из Первого Дивизиона португальского чемпионата. По словам его товарищей, уже тогда во время матчей он вёл себя импульсивно, не был способен принять поражения, хотя и старался быть вежливым. «Нам приходилось его сдерживать», вспоминает Мануэль Фернандес, тренер «Эстрелы» в то время. Но тогда же в его жизни появился Бобби Робсон, уважаемый английский тренер, только пришедший в лиссабонский «Спортинг». И всё изменилось.

Робсон искал помощника, который бы говорил по-английски, понимал в футболе и знал португальскую лигу. Ему представили Зе Марио. Стрела попала точно в цель. «Этот парень, который почти не тренировал, предоставил мне лучший тактический отчёт, который я видел в своей жизни», вспоминал спустя годы Бобби. Поэтому Робсон не захотел обходиться без него. Он забрал Зе Марио с собой в «Порту», а позже и в «Барселону». В каталонском клубе Зе Марио смог очаровать самых культовых игроков. Лоран Блан, нынешний тренер сборной Франции, просил у него видео и подготовленные им отчёты, чтобы потом проанализировать их дома. Пеп Гвардиола и Луис Энрике высоко ценили португальца, и получали огромное удовольствие от разговоров с ним. Когда «Барса» распрощалась с Робсоном и подписала Ван Галя, голландец категорично заявил, что желает оставить его в качестве помощника: «Жозе – единственный, кто говорит мне то, что думает, а не то, что я хочу услышать». Со своей стороны, Зе Марио  сложил недостающие кирпичики в образе своего персонажа. Жозе Моуринью был готов писать свою собственную историю. Он уже был особенным.

Источник: elcomerciodigital.com

Scroll Up

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: