Из автобиографии Стива МакМанамана.

В середине октября 2000 года «Мадрид» возглавил турнирную таблицу, после того как победил предыдущего лидера – «Депортиво», со счетом 3:0, и заранее квалифицировался в следующую стадию Лиги Чемпионов после парада голов в матче с «Байером» (5:3). А Луиш Фигу приготовился к своему главному тесту – первому возвращению в Барселону.

Даже если не считать «фактора Фигу», 22 октября должно было состоятся само Gran Clasico! И с тех пор, как в 1983 году «Реал Мадрид» победил в последний раз на «Камп Ноу», королевский клуб успел выиграть 7 раз чемпионат Испании, две Лиги Чемпионов и клубный Кубок Мира, но они не могли добиться  успеха в столице Каталонии. А в этом году взаимная вражда только усилилась. Теперь «Реал Мадрид» ехал «Камп Ноу», имея в своем составе идола, который был сердцем и душой амбиций «Барселоны». Микаэль Лаудруп, был игроком, который прошел по тому же пути, что и Фигу, сменил те же футболки, и удостоился такого же «приема». Он описал тот день в 1995 году, когда играл против своей бывшей команды, худшим днем в своей жизни. Хорхе Вальдано вынужден был заменить его после 66 мучительных минут.

Фигу, с долей сарказма, описал свое возвращение, как «один из самых богатых опытов моей жизни». С тех пор как новость о его трансфере ошеломила два прожженных солнцем города в июле, подпольная индустрия Барселоны начала выпускать большие копии 5,000 банкноты песет с лицом Фигу, изображенном на ней, с надписью «Figo, pesetero», то есть любитель бабла. Фанатов «Барсы», это неприглядное зрелище — его возвращение, чтобы играть против Каталонии, в ненавистной белой футболке, — оскорбляло до глубины души. Колкостям в адрес «Иуды» аккомпанировали экстремальные, абсурдные аналогии: Фигу приглашали рассмотреть храбрых мучеников католической веры, которые даже умирая от боли, не отказывались от их веры не зависимо от их искушений, — как будто игрок, по сути служащий клуба на контракте, находится в духовном паритете с болельщиком, единственная причастность которого к клубу – проблема преданности. Или, как один фан выдал на ТВ весьма мелодраматическую речь: «Реал Мадрид» похоже как королевская команда, «Барселона» же – народная. Фигу стал Марией Антуанеттой».

«Figo te van a calentar la oreja» – «Фигу, они заставят твои уши гореть», — звучал провокационный заголовок «Marca». Фанаты не нуждались в подсказках, особенно если Фигу собственной персоной не сачковал. Он стал лицом рекламной кампании национального банка, провозглашая слоган: «Перемены всегда хороши – если они к лучшему».

Итак, как чувствовал себя «предатель», который подстрекал такую общественную ненависть в одной части Испании, как на это смотрели в раздевалке? «Мы думали, что это смешно. Какая еще может быть реакция?», — говорит Стив. «По ТВ все время крутили как он празднует трофеи с «Барсой», как веселится в футболке «Барселоны» со всеми трофеями в мэрии, выкрикивает ругательства в адрес «Мадрида», Каталонцы против Кастильцев. «Вы белые плаксы, вы куски дерьма!» — кричал он. В Барселоне почему-то любят экскременты.  Неприлично, правда? Но игроки находят это смешным… это похоже на те клипы известных поп-звезд в ранние годы, в их крамольных одеждах с идиотскими прическами… вы просто смеетесь. Игроки видят все в другом контексте нежели фанаты. Мы играем, так мы представляем клуб, — футболку и герб, — на поле. Как команда, мы жаждем побед. Индивидуально, мы все столь же состязаемся насколько это возможно. Игра руководит всей вашей энергией и амбициями по направлению к славе. Но мы также делимся этой энергией с людьми,  которые побуждают вас идти вперед, с фанами. Не важно как сильно вы любите клуб, за который играете – место, людей, болельщиков – вы двигаетесь дальше. Не важно как сильно вы любите ваш футбол, ведь это также и ваше ремесло,  это ваше средство зарабатывать на жизнь в очень короткий период. Это фанаты привносят в их команды романтизм и гламур. Мы же, игроки, в хорошие дни, снабжаем этим. Фаны ожидают, что игроки будут иметь те же ценности, что и они, но это их выражение в пантомиме героизма и подлости, не так ли? Дело Фигу было ярким примером, но ведь в том же сезоне Сантьяго Солари перешел к нам из «Атлетико» Мадрид, — он забил в матче против нас незабываемый гол в дерби за год до того, и отпраздновал его с фанатами, словно с ума сошел, — теперь я вижу его, волосы до плеч, бандана, сходит с ума. Солари к нам присоединился и теперь напрочь убивался каждый раз, когда играл против «Атлетико». И он, кажется, им всегда забивал.

«Никто в раздевалке не знал деталей трансфера Фигу. Мы были в курсе всех слухов о сделке получившей такой резонанс – вроде того, что даже если бы Перес проиграл выборы, Фигу все равно получил бы деньги, которые были ему обещаны, — но никто, кроме самого Луиша и президента, не знал даже и слова из его контракта. И я абсолютно точно не собирался его расспрашивать, он один из моих лучших друзей в клубе. Если бы так было, как было сказано, тогда ему предложили эффектную сделку, хорошо для Луиша… но после Перес действительно пришел к власти, и всё обернулось для Луиша Фигу наилучшим образом. Не то чтобы, если бы он пришел сюда и ничего не выиграл. Луиш пришел в «Реал Мадрид» и выиграл Лигу Чемпионов, он выиграл дважды титул чемпиона Испании и огромное множество чего еще. Главным образом в Барселоне он не выиграл Лигу Чемпионов. Он покинул команду, которая несколько лет боролась изо всех сил в последствии».

«Этот вечер, его первого возвращения, был убийством. Они его окончательно побили. Никто из нас не хотел сидеть возле него в автобусе по дороге на стадион! Это путешествие и так было общественно опасным посягательством по всем фронтам, даже если бы не было такого дополнительного усугубляющего ситуацию фактора, как Фигу. Камни, шашки, барабанный бой, пронизывающие колкости, это все летит в вас – и это все всего лишь по пути автобуса к стадиону.  Сбоку нас сопровождала полиция, но даже несмотря на это, наши окна были побиты. Капитанам не было нужды пробуждать игроков. Адреналин зашкаливал. Полицейские лошади вставали на дыбы прямо возле едва сдерживаемого контингента болельщиков «Барселоны». Помню стадион был весь в плакатах и баннерах, некоторые очень большие были специально напечатаны с изображением денег и Фигу на них. Шум! Просто пытка для барабанных перепонок. Луиш подал в этом сезоне 23 или 29 угловых, но не смог подать ни одного в своем первом возвращении, потому что угловые флажки прямо возле публики. Он и на фланги не особо ходил. Они бросали в него всё, даже кухонную раковину. Конечно, нас принимали враждебно и раньше, мы знали что это такое, он тоже, но прежде я поинтересовался, как он собирается это пережить. Но его не волновало это нисколечко! Он, должно быть, мысленно возвращался туда с трепетом. Он, да все люди, понимают фанов «Барселоны».  Он прекрасно понимал какая встреча его ожидает, но он взял на себя ответственность как игрок, перед своими одноклубниками и был очень серьезен. Не хотел, чтобы упал духом он или кто-либо еще. Вот таков Фигу: невероятно добросовестный товарищ по команде и гордый профессионал».

Фигу, Король Лев, знаменитый своей игрой на фланге, магической атакующей игрой, выглядел в тот вечер загнанной в угол добычей. Он провел все 90 минут, но его вклад в игру был незначителен. Этот прием стал шаблоном для всех остальных его возвращений, толпа орала «Фигу, умри», ему демонстрировали оскорбительные жесты и забрасывали символическими объектами (тяжелыми вещами,  с намерением причинить боль; мусором, чтобы показать кто он есть на самом деле). Рапорт арбитра матча гласил, что подарками к возвращению Фигу были три мобильных телефона, несколько кирпичей, велосипедная цепь и целый душ монет. «Камп Ноу» был котлованом эмоций. «Мы ненавидим тебя так сильно, потому что любили тебя так сильно», — гласил один пикантный баннер. Для обострения эмоционального накала, после финального свистка игроки «Барселоны» побежали обниматься и целоваться с Фигу, как с давно утерянным братом.

«Остальная часть команды посчитала, что для Луиша было бы лучше не играть по той простой причине, что на него обрушилось столько давления, но он всегда хотел играть в каждом матче», — говорит  Иван Кампо. «Canal Plus установил шумоподавляющие девайсы. Когда мы вышли на поле и огласили имя Фигу, интенсивность свиста, крика и шума сломала все звукозаписывающие аппараты. Клянусь, это был самый громкий шум, который я слышал в своей жизни». (прим. Vincenzo — согласно подсчетам El Mundo Deportivo, каждый раз когда Фигу участвовал в игровом эпизоде, громкость шума на стадионе была равна 97-110 дБ. Наивысший показатель был зафиксирован во время объявления его имени 110,9 дБ. Шум превышающий 75 — дБ считается опасным для здоровья. Для сравнения. Пневматический молоток — 90 дБ. Кузнеческий цех — 100. Болевой порог — 120. Сирена — 130. Уровень свыше 100 — может вызвать временную глухоту. Шум стадиона сравним с шумом рок-концерта. В этом сезоне Marca фиксировала показатели шума на «Бернабеу» во время матча с «Аяксом», которые тоже доходили до 100 во время празднования гола).

«Реал Мадрид» проиграл 2:0, и отправился на третье место в чемпионате, позади «Валенсии» и «Барселоны». «Ужасная ночь», — сказал Роберто Карлос, который был однажды удален в матче Эль Класико за фол против Фигу.  «Помню, провел 90 минут опасаясь, что в меня попадет какой-нибудь предмет. Все мы хотели просто уехать из Барселоны живыми». Так или иначе, Фигу был куда раскрепощеннее за полем, чем на нем: «Слишком много разговоров об атмосфере и о том, что мы испугались. Если бы мы испугались, то остались бы дома. Мы играли плохо, вот и всё. Последнее, что я хочу сказать людям, это извинится за свою игру. Единственное, что меня волнует это результат. Сейчас я жажду, как никогда, триумфа с «Мадридом». До конца сезона счеты не сведены».

— из автобиографии Стива МакМанамана, история об «Эль Класико» сезона 2000/01
Перевод с английского Vincenzo, Real-Madrid.ru

Scroll Up

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: