• 0

  • 108

Эль Макка. Первая предсезонка

27 января 2013, 2:35

В связи с последними событиями, мне вспомнился случай из автобиографии Стива МакМанамана «Эль Макка», с которой посетители нашего сайта должны быть знакомы уже давно, некоторые ее главы были переведены и выложены на сайте ранее. Небольшая зарисовка на тему отношений внутри команды и первое впечатление Стива МакМанамана о газете «Марка» во время его первой предсезонки в «Мадриде» в Ньоне, летом 1999-го года:

«Во время своей первой предсезонки я делил комнату с Маноло Канабалем, испанским форвардом, который той осенью ушёл в «Малагу». Мы не говорили на языке друг друга, но прекрасно друг с другом ладили. У меня был разговорник со списком бесполезных фраз, вроде «Я хочу фрукт», и наши жесты были истеричными. Мы и слова не говорили друг другу, кроме ругательных, конечно же. По сей день, он знает все английские ругательства, и преподавал мне испанские. Он нарисовал мне член и пару яиц и сказал: «Итак, Макка, это – polla, а это cojones». С этого всё и началось. Мы не знали значения слов, которые преподавали друг другу, но мы заставляли друг друга смеяться. Обычно он просыпался каждое утро раньше меня, и его первое слово было «Х..ня!» или «Дерьмо!». Я принимал ответные меры испанским словом, значения которого не понимал. Это было глупо, но это начинало день со смеха».

«Я сидел там как идиот большую часть времени, но за те недели у меня было время, чтобы понять как работают некоторые вещи. Всякий раз, когда мы ели, например, мы садились за два стола, один для испанских игроков, а другой для иностранцев. Это не было отношение «мы и они», просто вопрос размещения рядом с тем, с кем вы бы могли поговорить. Кларенс Зеедорф, человек с превосходным английским, был очень дружелюбен, очень общителен и искренен. Он выступал в качестве моего переводчика, когда меня позвали на пресс-конференцию в Швейцарии. Когда мы возвратились в Мадрид и поняли, что живем в одном районе La Moraleja, он всегда подбирал меня и высаживал где бы мне не понадобилось быть. Кристиан Карамбё был еще одним человеком в команде, чей английский был превосходен, что ускоряло мой процесс адаптации. Я вскоре обнаружил, что у другого новичка команды Мичела Сальгадо английская невестка из Йоркшира. Он когда-то провел месяц в Маргейте по школьному обмену и ему нравилось изучать английский язык».

«Да, я ставил на то, что Макка никогда не был в Кентербери, чтобы посмотреть Чоссеровские места», — смеется Мичел Сальгадо. «В Швейцарии новички были одной группой, а «ветераны» команды – другой. Макка и я бродили отдельно ото всех, мы шли выпить или болтаться по магазинам. Он был единственным, кто говорил по-английски со мной! Мы пришли в клуб, в котором много великих игроков, которые выиграли всё и известны в мире футбола. Для меня это были радикальные перемены в любом аспекте – с точки зрения команды, города, последствий и СМИ. Вы должны понимать, как адаптироваться, как жить со всем этим. Я пришёл из скромной команды, из «Сельты», тогда как Макка пришёл из «Ливерпуля», огромного клуба, но он должен был приспособиться к жизни в новой стране. Таким образом, мы были близки некоторое время. Большой плюс Макки был в том, что он прикладывал усилия. Он может отдалиться немного, но в целом он очень открытый парень. Если мы говорили: «Мы идём куда-то», то Стив будет там. Вот почему он так быстро расположил к себе людей. И будучи англичанином, он был необычен. Он мог блуждать по отелю босиком (Сальгадо начинает смеяться), он делал множество вещей, которые не нормальны…. Он гулял себе босиком, делая всё, чего ему захотелось, и был очень счастливым, добродушным, ничто его не беспокоило…».

«Босые ноги Стива действительно взволновали игроков», — вспоминает Иван Кампо. «Мы спрашивали себя «Что он делает, он что хиппи?». Другие постояльцы гостиницы просто уставились на него. Мы объяснили ему, что он не может спуститься вниз в таком виде. Это не хорошо для имиджа клуба».

Без присутствия носителей английского языка, Стив признает, что чувствовал отчаяние. Большую часть дня он чувствовал себя одиноким. «Я много читал, провёл много времени подтрунивая по телефону над Викторией и ребятами в Ливерпуле, и смотрел любой англоязычный канал, который мог найти. Мы шутили с Канабалем, но я не хотел быть скучным парнем, который достаёт свой словарь, каждый раз, когда пытается поговорить. Я действительно чувствовал себя неловко. Такие вещи, как, например, обед, объявляли нам на испанском языке, а вы при этом постоянно переспрашиваете: «Во сколько это было?», «Что они говорили?». Вот тут-то и получалось, что делить комнату с кем-то было прекрасно, сосед вставал и просто показывал: «Давай, пойдём, поедим».

«На этой стадии я не еще осознавал воздействие перемен в моём новом футбольном образе жизни  – поздние матчи, которые играются почти ночью; время, которое мы проводим в отелях перед ними, неважно домашний это матч или выездной; постоянные путешествия. Но что действительно меня поразило, так это то, что игроков предоставили самим себе. Мы были ответственными за себя сами. На нас смотрели как на взрослых, и ожидали, что мы сами о себе позаботимся. Не существовало никаких правил. Большинство великих футболистов – игроки инстинкта. Вы просто должны позволить им быть собой. Неофициально было так: если Вы хороши на поле, значит Вам разрешено делать что угодно за его пределами. После тренировки вы могли позволить себе пиво или кофе в баре. В автобусах и самолётах у нас было пиво. У нас было красное вино и пиво на обед, ланч и ужин. Роберто Карлос не пьёт кока-колу или воду, но у него всегда есть пиво, и не обязательно он его допьёт. У него первого будет пиво во время полёта домой; он, вероятно, и на завтрак успел. И он – один из самых здоровых ныне живущих людей. В Англии покажите игроку пиво, и они выпьют десять бутылок. В Испании максимум одну или две. В той поездке в Швейцарию не было никакого комендантского часа. Не было так: «Уже десять часов, Вы должны быть в постели! Этого вы не можете, это вам нельзя». Намного больше доверия».

«К концу второй недели я все ещё не мог говорить на языке, но было ясно, что я старался изо всех сил, предпринимал попытки. Когда я не приветствовал кого-то матерным словом, наверняка, я делал множество смехотворных ошибок. Даже когда я считал себя владеющим речью, месяцы спустя, я знал, что совершаю ошибки – вероятно мучительно смущающие – так что я превращал их в шутку с самого начала. Во всех интервью, которые я давал на испанском, люди хохотали, держась за живот. Одному Богу известно, что я тогда наговорил, но я думаю, игроки поняли суть. Всякий раз, когда парни садились выпить бутылку пива или две за обедом в отеле, я шёл и садился с ними, улыбался и смеялся, даже если не понимал ни слова. Я старался влиться в компанию, даже если не мог влиться в разговор. Думаю, они это ценили. Каждое утро я говорил: «Buenos dias, como esta?». – «Привет, как дела?», — с улыбкой на лице. Полагаю, они думали: «Он в порядке, он улыбается и смеётся с нас».

Иван Эльгера помнит Стива как человека, который «бросается в глаза за милю»: «С Маккой, даже просто сказав ему «привет», ты чувствовал, что он хороший парень, что ему нравится шутить. Он очень привлекательный, очень естественный. В мире футбола, с таким большим количеством денег, такой личной заинтересованностью, он просто один из лучших». Рауль, ключевой человек в команде, на которого надо производить впечатление, соглашается: «Когда кто-то новый приходит, это нормально, что у него возникают трудности. Потому что «Мадрид» — такой большой клуб и первые впечатления могут воздействовать на людей, но Макка завоевал наше уважение и привязанность непривычно быстро, потому что, кроме того, что он был великим футболистом, он очень счастливый и привлекательный человек».

В отличие от его чувства неловкости, прессой он был изображён непринуждённым. «Сенсационный МакМанаман» — на первой полосе Marca, описывающей, как новый игрок стал идолом бланкос в первый же день. Он – тот человек, которого больше всего поклонники в эти дни просили дать им автограф. Сотни подписанных футболок «Ливерпуля» за день. “La estrella  de McManaman  no ha tardado en  brillar” – “Звезда МакМанамана не медлила с тем, чтобы засиять”. Он  — un personaje, действующее лицо; его  пунктуальность, его терпение… он – английский  джентльмен. Это был смехотворно красочный материал.

Полуофициальные газеты клуба, как AS и Marca, приняли Стива, как нового члена семьи «Реал Мадрид». Страстно желая обставить других в исключительном знании его фальшивых хобби, Marca сфотографировала его рядом с мотоциклом (тогда он ещё не понимал почему), и посвятила сотни страстных слов по отношению к Стиву и якобы его двухколёсному другу. «Мотоциклы – страсть англичанина», — ошеломлённая Виктория читала это в газете. «Нет, они не посмели!».

Перевод с английского Vincenzo, Real-Madrid.ru

Scroll Up

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: