• Сельта24Реал Мадрид
  • 24/11, 15:00Эйбар - Реал Мадрид

В течение почти 8 месяцев сезона 1999-2000 никто не верил в то, что «Реал Мадрид» поднимет над головой Кубок Лиги Чемпионов в рекордный, 8-й раз. Постоянные слухи о том, что клуб с 200 млн. дол. долга, могут отстранить от еврокубков; борьба за президентское кресло; колкости болельщиков в адрес так называемых «ребят с Феррари»; недопустимые результаты при Джоне Тошаке; раскол внутри команды из-за саги Анелька; и временно исполняющий обязанности тренер… никто не питал надежд, что команда, возглавляемая в том году капитанами Маноло Санчисом, Фернандо Йерро и Фернандо Редондо, достигнет самой высокой цели в мире клубного футбола.

[Читать первую часть]
[Читать вторую часть]
[Читать третью часть]
[Читать четвертую часть]

5 часть. ПРАЗДНОВАНИЕ

«Это был фантастический финиш моего первого сезона, изумительный, даже если празднование после победы, если честно, было вздором», — говорит Стив совершенно флегматичным тоном спустя все эти годы. 

Кристиан Карамбё предупредил меня, что два года тому назад в Амстердаме официальная вечеринка была очень формальной, очень степенной. После игры я не видел Викторию, отца, семью или друзей. В моем телефоне было полным-полно сообщений. Возле нас было столько охраны, что никто не мог приблизиться. Брызги шампанского встречали наше возвращение в раздевалку. Санчис прыгал вокруг, заливал всех и пел «Campeones, Campeones, ole, ole, ole «. Мы сошли с ума, пили шампанское прямо из Кубка, в большинстве своем практически без одежды. На полу валялись пустые пластиковые бутылки, лужицы шампанского, множество апельсинов, лежащих на подносах. Я помню видел как Анелька, в рубахе и белых трусах, выглядел счастливее, чем когда бы то ни было, в то время как Фернандо Йерро поливал свою голову шампанским.

Я обнял всех и танцевал вокруг, но потом наступил момент, когда я внезапно почувствовал себя на периферии шуток и проходных реплик.  Мы бросили президента Лоренцо Санса в ванну, мы подбросили Дель Боске в воздух. Вы можете полностью выложиться на поле, и все же не чувствовать себя занятым на 100 процентов на празднованиях. Я не знал слов песен, которые пелись.  Все эти директора обнимали меня до потери пульса, а я даже имен их не знал. Совсем не так, как в Англии, когда в клубе 5 директоров и ты довольно хорошо их знаешь. У «Мадрида» их было около 40. Когда люди счастливы, они болтают без конца, правда ведь? И вот все они бормотали на испанском. И никто не собирался уходить, словно опасаясь потерять это чувство победы в великом соревновании.

Ко мне подошел охранник и сказал, что снаружи меня ожидает женщина, чтобы было немыслимо, потому что снаружи было 1000 постов охраны, и чтобы добраться до определенной зоны нужен был пропуск.  Я вышел и увидел Тересу, учительницу испанского, которую нам рекомендовал Крис Робинсон, и которая стала нам добрым другом. По какому-то недоразумению она  была единственной, кто смог пробиться к нам в раздевалки. Она спросила меня где Виктория и я ответил: «Без малейшего представления, так много охранников, она должно быть в нескольких милях от этой части стадиона». Я спросил ее каким же образом она добралась ко мне. Она ответила, что спрашивала с весьма официальным видом где она может найти Стива МакМанамана и ее направили к двери раздевалки…

Для меня это был приятный момент, она осталась, мы болтали целую вечность, пока нас не погрузили в автобус. Мы покидали стадион в темноте, все стучали по окнам, в то время как звучала кошмарная испанская поп-музыка.

Было уже полпервого ночи, когда мы приехали на праздничный ужин из пяти блюд — он был очень сердечным, мы привезли в зал медали и кубок, и еще тысячу людей. Похоже было на вечеринку игроков, тренеров, медиков и всех наших жен. Клуб упивался понятием «Реал Мадрид — это семья», и финал  Лиги Чемпионов в этом случае превратился в массивное воссоединение с каждым известным, давно потерянным, отделением обширной семьи. Было так много людей, что нельзя было добраться до напитков.

Это был огромный прием, трофей был доставлен и представлен во время очень формального шоу, жены вошли позже, некоторые за один раз, они приезжали из разных отелей. Карамбё предупредил меня, что игроки находятся в одном отеле, а жены и подруги расквартированы во многих отелях в разных частях города. Он заказал нам с Викторией номер в центре Парижа и я смог остаться с ней после вечеринки. Все болтались по огромному банкетному залу, туда-сюда. Было немного странно. С течением времени я понимал, что испанцы празднуют совершенно иначе, нежели англичане.

На следующий день мы должны были вернуться в Мадрид, чтобы отпраздновать триумф с нашими болельщиками в городе. У Кубка было свое личное место в командном автобусе, должен признать, ему открывался прекрасный вид на Сену и Эйфелеву Башню. Мы везли его как ручную кладь. Полет в Мадрид был очень забавным. Рауль, ненадолго почувствовал себя капитаном, побывав в кабине экипажа. Пилоты Иберии поместили флаг «Реал Мадрида» в окно кабины. Я же наслаждался чтением отчета о матче под заголовком «El Crack Ingles, Insaciable Real Madrid!»(«Английская звезда,  ненасытный Мадрид»).

Мы снизились и приготовились к невероятному приему на гудронированном шоссе. Санчис и Редондо появились сначала с Кубком; Дель Боске, Йерро и Рауль взялись за руки и тоже спустились вниз. Автобус с открытым верхом уже ждал нас, как беглецов, и провез сквозь многотысячную толпу одобрительных знаков, поцелуев, приветствий и аплодисментов. Мы ехали по городу, а с мостов бросали белое конфетти, работники больницы взгромождались на подоконники, на плечах прохожих ликовали дети, всюду бутылки шампанского, автобус вез нас вокруг города прямо к фонтану Сибелес. Еще к нам присоединился гольфист Серхио Гарсия.

Это был мой первый опыт празднования на Сибелес. Воду отключили, фонтан был сухим, и мы все вскарабкались на колесницу и львов. Рауль и Мориентес пролезли наверх и повязали богине на шею шарф «Мадрида» и поцеловали ее в щечку. Роберто Карлос сидел, охватив голову льва, держал трофей над головой, а мы все пели песни из традиционного репертуара. Я должен был четко декламировать без малейшего представления о чем мы поем. Если немного — это нормально, но пару минут спустя начинаешь чувствовать дискомфорт. Вы не чувствуете себя естественно, особенно если выросли в атмосфере очага футбола, вроде Киркдейла, где все знают все слова всех 40 песен наизусть.

Потихоньку наш автобус по дюйму продвигался в сторону «Бернабеу», где была организована большая церемония с танцовщицами и фейерверками. Огромная восьмерка украшала поле. Они оглашали наши имена поочередно и мы выбегали в  экстравагантном сочетании из брюк и клубных футболок. Когда назвали имена Редондо, Рауля и меня, — это было очень сентиментально и пошло — напускали дым, а толпа ревела и аплодировала, пока мы тащились по белому ковру на большую платформу. Рауль проделал несколько уловок из арсенала матадора с испанским флагом.

Видимо это планировалось давным-давно.  Трофей был доставлен на кране, постепенно опускающийся вниз в огне фейерверков. Все места на стадионе были заполнены, как на матче, простодушный Дель Боске поднял победный указательный палец… а потом, «Hala, Madrid!» прозвучало в моих ушах. Мне же предстояла прямая дорога домой, я был готов встретится с Англией.

На следующий день у нас был еще один парад победы, который в этот раз прошел в здании муниципалитета и в соборе Альмудена, в котором прошла небольшая месса, в сопровождении всей команды и директоров, трофей был благословлен и выставлен перед взором Пресвятой Богородицы. Я не мог дождаться когда буду дома, увижусь с семьей, и покажу народу свою медаль. Вот таким было наше празднование.

«Это была ерунда!», — говорю по телефону. Мой телефон забит сообщениями Джейми Реднаппа, еще Робби (прим. — Фаулер) написал мне захлебываясь: «Твоя мама может тобой гордится», ну вы в курсе, Ворчун (прим. Vincenzo — по всей видимости это прозвище Фаулера производное от его фамилии FowlerGrowler, его можно перевести и как Ворчун, и как гроулер (вокальный приём в некоторых экстремальных музыкальных стилях), и как извозчик, и как кусок айсберга) всё воспринимает очень эмоционально. У меня было 2 дня в Ливерпуле, а потом я отправился в расположение сборной, которая готовилась к Евро-2000. Я покидал Испанию летая очень высоко, и не мог дождаться, когда спущусь на землю повидаться с английскими приятелями.

Главной темой обсуждения в прессе стало то, что эта команда была младше той, которая выиграла La Septima в 1998 году, а значит была база для девятого кубка, для славного доминирования «Мадрида» в Европе в будущем.

Это была фантастическая концовка моего первого сезона. Я никогда, даже на секунду, не сомневался в правильности моего выбора, моего переезда в Испанию, даже в самые одинокие минуты. Мы играли 80 матчей за сезон, почти 3 раза в неделю. Мы оставались в отеле на ночь перед домашними матчами, даже тогда, когда они начинались после 9 вечера. Мы ели горочка за горочкой одни и те же спагетти в сотнях отелей. Я едва мог дома перевести дыхание, но помнится думал: «Я буду получать удовольствие и радоваться так долго, сколько здесь пробуду».

— Стив МакМанаман, автобиография.
Перевод с английского: Vincenzo, Real-Madrid.ru

Scroll Up

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: