• 0

  • 97

Все приемы футболиста-тореро

2 апреля 2012, 16:13

Во время матча Югославия — Испания в уходящего с поля Хуанито бросили бутылкой, попав ему в голову

Уроженец Фуэнхиролы вел себя на поле так же, как матадоры — на арене.

27 июня 1989 года Курро Ромеро отрезал прядь волос Хуанито на «Ла Росаледе» в Малаге. Тот момент охарактеризовал карьеру и манеру восприятия игры футболиста, который как никто другой мог быть тореро на футбольных полях.

Существовало два Хуанито на игровом поле, словно две личности Хуанито, личность его добродушия и темпераментная личность, которая причинила ему столько сожалений. Первый Хуанито, правша в обращении с мячом, понимал футбол с точки зрения гедонизма. Он играл ради него и ради трибун. Другой Хуанито к концу своей карьеры оказался в центре поля, в середине арены, и разгонял атаки команды, пользуясь своей техникой и видением игры. В том переходе от манящего экстремо к центральному полузащитнику, чьими достоинствами были пауза и пас, он оставил после себя след футбольных приемов, которые подтвердили ритуал среза пряди, который официально признал в нем уникального футболиста-тореро.

Финт, туннель, пас пяткой и рабона. После завершения сезона 1975/76, в котором «Бургос» вышел в Примеру, Хуанито поехал на Олимпийские Игры в Монреале. Испания проиграла (2-1) в своем дебютном матче Бразилии, но финт Хуанито, его главное оружие, получил свое первое международное признание. В тот день бразильцы вновь увидели Гарринчу, только одетого в красную форму. «Он обладал дьявольской стартовой скоростью, спрятанной в мышцах его ног», — рассказывает вратарь Наварро, его товарищ по «Бургосу» и близкий друг за пределами поля. Рафаэль Гордильо, игрок «Бетиса», был давним соперником Хуанито в чемпионате: «Когда он взрывал скорость на коротке, никто не мог остановить его. Ему нравилось играть против меня, потому что я не принадлежал к числу тех, кто его сбивал». «Ты знал финт, который он собирался сделать против тебя. Он двигался на тебя, показывая всем видом, что собирается обойти слева, но уходил справа на всей скорости, и почти всегда он делал именно его», — анализирует Мигель Анхель Руис, игравший против него в «Атлетико» и затем ставший его товарищем в «Малаге». «Туннель и пас пяткой, которые он делал много раз, он использовал не для того, чтобы унизить. Они были в его арсенале, » — говорит Наварро. «Рабону он начал практиковать в конце своей карьеры. Он как-то сказал мне: «Однажды мое колено вывернется», — рассказывает Руис.

Пас внешней и внутренней стороной стопы. «Пас внешней стороной стопы он скопировал у Круиффа. Он был ученым футбола. Я рассказывал ему, что его знаменитый пас создавал нам, вратарям, большие сложности», — заверяет Наварро. Хуанито превратил розыгрыши штрафных ударов с левого фланга в мучение для вратарей. Сантильяна был тем, кто больше всех получал выгоду от этой точности в навесах внешней стороной стопы: «Подавая штрафные с левого фланга, он придавал мячу дьявольский эффект, навешивая его внешней стороной стопы своей правой ноги, но, кроме того, он был очень живым и готовым. Он подавал их очень быстро, не давая защите соперника занять позицию. С правого фланга он также навешивал с большой эффективностью. Они были карамельками». В конце своей карьеры, в «Мадриде» и «Малаге», играя уже в центре поля, он также изменил направление паса внешней стороной стопы. «Тот последний Хуанито все более походил на тренера, который всегда был в нем. Он играл в короткий и длинный пас. Он играл, освобожденный от оборонительных порядков, и очень хорошо взаимодействовал с партнерами. Его игра была истинным спектаклем», — говорит Руис.

Пенальти и свеча «Хуанито-старика». Пенальти, который он забил Таккони на стадионе «Коммунале» в Турине в 1/8 финала Кубка Европы в 1986 года идеально описывает пенальтиста, каким он был всегда. Тот пенальти состоялся в серии послематчевых пенальти, и Хуанито реализовал его, пробив медленно и по центру. «В этом был весь Хуанито в чистом виде», — говорит Хорхе Вальдано. Мичел хранит в памяти этот пенальти как незабываемое произведение искусства: «Он был специалистом. Если напряжение было высоким, он передавал его вратарю. Он заставил двигаться Таккони, который пытался предугадать, в какую сторону он будет бить, но он нанес удар по центру». Свеча была еще одним его приемом, которая сочетала в себе его технику, ум и видение игры. Буйо, возможно, получил в свои ворота самую запоминающуюся. Величественную и эстетическую параболу в матче «Малага» — «Мадрид»: «Это был великий гол, только Хуанито был способен на такие вещи». Наварро вспоминает одну из свечей Хуанито, которую он забил Д’Алессандро на «Эль Эльмантико», ударом, которым он оправдал свое прозвище «старик». Им его нарекли с самого детства, когда он был капризным и своенравным мальчиком: «На линии штрафной он надвигался на ворота, словно мяч у него был в руках. Игроки «Саламанки» подумали, что арбитр свистнул что-то, а он вырезал свечу, отправив мяч в ворота Д’Алессандро. Настоящий гений».

Источник: Elpais.com

Scroll Up

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: