Тренер «Реал Мадрида» считает, что в последнее время футбол превратился в слишком важную индустрию, чтобы просто отдать её футболистам. Поэтому он создал персонаж, который может расположить к себе любую команду. Его творение — это коммуникативный феномен.

Хосе Антонио Паскуаль — вице-президент Испанской Королевской Академии. В его доме нет телевизора. Он считает, что этот предмет бытовой техники отвлекает его от прямой обязанности, которой является чтение книг. Его образ жизни, относящийся к XIX веку, как нельзя лучше подходят к определению слова «личность». Возможно, именно по этой причине он принадлежит к немногочисленной прослойке населения Испании, которая не знает, кто, на самом деле, Белен Эстебан, или что говорит Жозе Моуринью. «Я видел его только один раз,- вспоминает профессор Паскуаль, воскрешая в памяти странный опыт, когда в баре он увидел по чуждому ему телевизору Жозе Моуринью. — Я не слушал его, но мое внимание привлек его пристальный взгляд. Это богатый материал для семиотического анализа.»

Взгляд как знак. Жозе Моуринью, тренер «Реал Мадрида», использует подобный взгляд, чтобы породить атмосферу бесконечного вызова. Нестабильная, слегка причудливая обстановка, что само по себе — прелюдия к театральному представлению, которое делает из этого 48-летнего португальца самую уникальную фигуру в истории футбола и маркетинга.

Любая пресс-конференция — это дешевая форма саморекламы. Кто умеет использовать риторику в качестве оружия, тот может извлечь выгоду из пресс-конференций. Моуринью — специалист в этой области. Как говорят в самом «Мадриде»: «Он талант коммуникации!» Ритуал, как рассказывает профессор Паскуаль, начинается с его взгляда. Открывается дверь, и появляется он, всегда с опущенной головой и меланхолическим настроением, затем он садится и направляет свой взгляд в бесконечность, незаметно влияя на аудиторию с помощью своей формы выражения проблем и бурных ситуаций, как если бы это было отражено в романтических картинах. Именно таким образом он отправляет свои сообщения, разбрасывая их в пророческих формулировках и постоянных повторах: «Напряжение создано не мной. Когда ты говоришь правду, люди тебя не понимают. Когда ты говоришь правду! Но меня это не волнует.»

Моуринью никогда не отказывается от своей Библии. Это источник его вдохновения. Она ему необходима, как воздух. Последние полтора месяца ни один игрок «Реал Мадрида» не дает пресс-конференций. Эта вековая традиция, согласно которой футболисты общались со своими болельщиками, была прервана Моуринью. «Я есть команда,» — заявил он, словно обнародовал новый приказ. Футбольный клуб, который раньше представляли разные личности, уже несколько месяцев «общается» со своими болельщиками только через своего тренера, намеревающегося неукоснительно соблюдать контроль и быть единственным посредником между командой и внешним миром. Моуринью считает, что сейчас футбол — слишком важная индустрия, чтобы отдать ее в руки футболистов. Контролировать их общение — это главный шаг. Поэтому пресс-конференции — его инструмент.

Обычно он строит из себя взволнованного человека. Это часть ритуала, который он повторяет до или после матчей своей команды. На сцене он располагается на одном и том же месте, и сценарий в общих линиях повторяется, как хорошая пропаганда. Большая часть того, что он говорит, он готовит заранее, но также он оставляет пространство для импровизации. Потеря контроля в сценарии влечет за собой, как правило, ярость, которая в целом предназначена для того, чтобы оказать влияние. «Тебе мерещится слишком много призраков! Много захватывающих фильмов!» — язвит он журналистам. Появление хаоса вызывает замешательство среди его аудитории, которую он бомбардирует категоричными изречениями и агрессивным тоном речи: «Я честный человек. Мне не нравится лицемерие.»

С начала сезона Моуринью дал 67 пресс-конфренций. Набирается почти 1000 минут. Более 16 часов. Драматическое представление является неотъемлемой частью его тренерской работы. Есть, конечно, прецеденты, как Фабио Капелло или англичанин, Брайн Клаф. Но случай нынешнего тренера «Реал Мадрида» — самый уникальный. Никогда еще не было такого тренера, который придавал столько значения каждому сказанному слову с целью использовать лидерские качества, дар убеждения и пропаганду. Его аудитория самая разнообразная: руководители, которых он запугивает; игроки, которым он старается предложить образ отца, и болельщики. Моуринью особенно восхищается молодежь, очарованная появлением человека, который представляется ей этаким мятежником, который ломает систему и осмеливается говорить от своего политически весомого имени. На Моуринью даже возлагают ответственность просвещать народ в борьбе с такими институтами, как КДК, руководство собственного клуба и организации вроде УЕФА: «Когда ты слышишь то, что хочешь слышать, люди воспринимают это уже как правду. И часто повторяемая ложь превращается в правду […]. Я же честен!»

Мигель Анхель Лотина, тренер «Депортиво», смиренно взирает на своего коллегу: «В обществе, в котором мы сейчас живем, надо быть актером. Мы живем в мире лжи, поэтому в ход идет все. Ценности были актуальны 20 лет назад. Сейчас же ты читаешь газету и удивляешься. В мире футбола управлять общественным мнением достаточно легко, и Моуринью в этом деле — номер один. Именно это, а не тактика, отличает его как тренера. Что бы он ни сказал, он говорит по какой-то причине. Он управляет мыслями многих людей, и его аудитория — это масса, которая позволяет влиять на себя и которая больше всех шумит на стадионах.

Масса — это те люди, которые больше всех кричат и платят. Моуринью знает это, как все величайшие гении маркетинга. Например, Дамьен Хёрст , который не умел ни рисовать, ни красить, однако превратился в лучшего и самого дорогого художника последнего десятилетия после того, как продал белую акулу, погруженную в аквариум с формальдегидом, за 12 млн. долларов. Эта инсталляция, которую он назвал «Физическая невозможность смерти в сознании живущего», стала лучшим произведением искусства нашей эпохи. Хёрст объясняет, почему его работа настолько привлекательна: «Если риторика искусна, то нет такого потребителя, который будет сопротивляться. Думаю, что в мире есть небольшая горсть людей с глазами, и тысячи — со слухом. Некоторые люди приходят, смотрят на твою работу и затем говорят, что им нравится, после чего они покупают ее. Однако потом приходят те, которые услышали, что другие купили, и также покупают ее.»

Жозе Моуринью испытывает похожие проблемы, как и его предшественники, и он тоже не может привить команде коллективную игру. Как футбольный тренер, он не изобрел новую схему и не приспособился к стилю «Реал Мадрида»; кроме того, он не выиграл больше титулов, чем другие. Однако он самый высокооплачиваемый тренер в истории футбола. Он зарабатывает 10 млн. евро в год, и ФИФА признала его лучшим тренером года.

Португалец, который хорошо знаком с футбольным рынком, прекрасно понимает, как Хёрст, что не существует лучшего средства, чем искусная риторика, чтобы увеличить свое влияние. Он настолько уверен в экономической ценности своего слова, что время от времени напоминает своим недоброжелателям о цене рекламы за его счет. «Я уже достаточно говорил о Мануэле Пресиадо, — как-то сказал Моуринью относительно тренера «Спортинга». — Я и без того сделал ему слишком много бесплатной рекламы.» В другом случае он посвятил аналогичную речь генеральному директору «Катании», Пьетро Ло Монако, играя словом «монако» (с итальянского языка переводится как «монах»): «Какой Монако? С Тибета? Я знаю тибетских монахов, Монако де Бавьера, княжество Монако, Гран-при Монако… Если некий Монако желает стать знаменитым, говоря обо мне, он должен заплатить мне. Например, «Адидас» платит мне за использование моего имени, как спонсор. Он хочет, чтобы я говорил о нем, тогда он должен заплатить мне.»

Лингвист, Хосе Антонио Мильян, как и профессор Паскуаль, не обращал внимание на Моуринью до этой недели. Изучив все его пресс-конференции, Мильян сделал специфический анализ: «Он достаточно хорошо говорит на испанском языке, как и многие португальцы. Но иногда его трудно понять. Он совершает в речи неясности и двусмысленности, которые, полагаю, он использует намеренно, когда хочет завуалировать смысл сообщения».

«Его общий тон всегда пренебрежительный, — продолжает Мильян. — В своем выражении он холоден, с едва заметным эмоциональным тоном. Даже, когда он делает эмоциональные заявления по содержанию, по форме — они не такие. Он использует эмоциональные элементы: «Я грустен, я грустен,» — повторяет Моуринью, когда рассказывает, что «Мадрид» не отпустил его временно возглавить сборную Португалии. Однако он никогда не бывает эмоциональным. Он говорит как робот».

«На пресс-конференциях он говорит с высокомерием. Почти всегда он ставит себя выше остальных, за исключением тех случаев, когда ему надо поставить себя ниже руководства, — отмечает Мильян. — Например, когда он говорит: «Я никому ничего не должен доказывать.» Он никому не отвечает. Это как персонаж Уинстона Вольфа: «Я только решаю проблемы».

Мильян выделяет изящную манеру Моуринью отправлять свои политические послания: «Он говорит: «Я тренер «Мадрида»; я не могу разговаривать с президентом.» Здесь он ставит себя ниже. Он специально делает бессоюзное соединение элементов и тем самым порождает противоречие в сознании слушающих его людей. Свои сообщения он повторяет и в активном, и в пассивном залоге. Он этакий разнообразный зануда».

В отличие от Хёрста, другой современный феномен маркетинга, тренер «Реал Мадрида» смеется над собой с большим трудом. На своей же первой официальной пресс-конференции он сразу дал понять: «Я Жозе Моуринью. Я не могу обещать. Только знаю точно, что не изменюсь. Я Жозе Моуринью, который пришел сюда со всеми своими достоинствами и недостатками».

Против всех

>>Против «Мадрида»: «Не понимаю, почему «Мадрид» не разрешает мне тренировать Португалию, когда сейчас мне нечем заняться в Мадриде. Во время матчей сборных у меня будет 9 дней каникул».

>>Против Пресиадо: «Если команды, которые играют против «Барселоны», дарят матчи, выпуская второй состав, нам придется набрать много очков, чтобы выиграть Ла Лигу.»

>>Против Мансано: «Кто? Кто такой Грегорио Мансано? Я его не знаю».

>>Против Педро Леона и прессы: «Вместо того, чтобы задавать мне вопросы о стартовом составе, вы спрашиваете, почему на матч не заявлен Педро Леона, и говорите о нем, как если бы он был Зиданом или Марадоной. Еще два дня назад он играл в «Хетафе».

>>Против Вильи: «Столько говорят о Бензема. Есть также другие команды, в которых есть игроки, стоившие много денег, как Карим, и которые еще никому не забивали».

>>Против Гвардиолы: «Гвардиоле не надо говорить о Моуринью, потому что его игроки делают это ежедневно».

>>Против УЕФА: «Санкцию, которую они применили против меня, — это награда. И это нормально, поскольку существует регламент для меня, и еще один — для всех остальных».

>>Жертва: «Что бы я ни сделал, все воспринимается негативно. Я праздновал гол в технической зоне «Вильярреала», потому что мой сын имеет абонемент именно позади гостевой скамейки».

>>Против своих обязанностей: «Я прихожу на пресс-конференцию, когда хочу я, а не когда хотите вы».

Источник: Elpais.com

Scroll Up

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: