В понедельник Хосе Рамон де ла Морена побеседовал с Гути в доме игрока в Стамбуле и не забыл затронуть ни одну из острых тем: прощание Гути с клубом, Моуринью, сегодняшний «Мадрид», «Барселона», его будущее…
— Скучаете по «Мадриду»?
— Да, если сказал бы «нет», то солгал бы. Но думаю, что я принял правильное решение переехать в Турцию.
— К кому вы ближе: к Вальдано или Моуринью?
— Я должен находиться внутри клуба. Вальдано помог мне дебютировать, и Моуринью — один из лучших в мире. Если ты не знаешь ситуацию изнутри, ты не можешь вмешиваться в это дело.
— Вам бы хотелось играть в этом «Мадриде»?
— Конечно. Однако надо перевернуть эту страницу жизни.
— Кто-то вам напоминает Гути?
— Думаю, что нет никого. Мне говорили о Каналесе, но я не видел, как он играл. Мне бы хотелось порадоваться за него. Ему надо закалиться в психологическом плане, и как игрок он здорово вырастет.
— Вы переживаете, когда видите, как «Мадрид» забивает много голов в матче?
— Я переживаю, когда «Мадрид» проигрывает, а не когда выигрывает. Я переживаю, что «Барса» настолько сильна, что будет очень сложно обыграть ее.
— Эта «Барса» — надолго?
— Думаю, что да. Если «Барса» сохранит этот состав и тренера, то их ожидает весьма удачное десятилетие.
— Но «Мадрид» также очень молод…
— Да, но Озил пришел из «Вердера», Ди Мария — из «Бенфики»… В «Барсе» игроки приходят из кантеры и с определенной идеей, и в этом она превосходит «Мадрид». Раньше кантера «Мадрида» была лучшей. Не знаю, была ли небрежность, или не продлили контракты с директорами кантеры, но сейчас «Барселона» — лучшая. Те, кто представляют игру «Барсы», приходят из молодежных команд и с определенной идеей.
— Вы предсталяете себя тренером?
— Да. Когда завершу карьеру футболиста, я буду ждать шанс.
— Вы хотите работать в кантере?
— Одна из тем, которую я обсудил с Вальдано, касалась моего желания работать в кантере «Мадрида». У меня есть кое-какие мысли, которые могут сделать кантеру лучше.
— Каков твой распорядок дня?
— Я встаю в 9:00 часов, мы завтракаем вместе, поэтому приезжаем на базу в 9:45 и начинаем тренировку в 10:00. Также мы обедаем там. Много турецкой еды, но она мне нравится. Сегодня на обед был турецкий горох с подливкой и баранина с рисом. Затем я обычно включаю Интернет, играю на гитаре и смотрю фильмы.
— У вас очень много татуировок. Вы пытались вывести какую-нибудь?
— Только одну, которую я сделал в 18 лет. Я вывел имя человека, потому что такова жизнь. Если я проанализирую все, то думаю, что они принесли мне много страданий. Просто татуировки — это мой жизненный опыт, который помог мне повзрослеть.
— Вы испытываете угрызения совести?
— Мне бы хотелось в личной жизни больше спокойствия, в футболе больше играть и исправить некоторые вещи. Также я должен гордиться, что 14 лет играл в команде всей моей жизни.
источник: As.com
